Наконец Вязников хмуро проговорил:

– Все-таки какая беспомощная наша медицина. Не то что вылечить, даже болезнь определить не могли.

– Дядя Андрей говорит, что это не болезнь, – подал голос Лесь. – Это, наверно, просто тоска. Не смог пережить…

«И даже излучатель мой не помог», – добавил он про себя.

А ведь излучатель сделал столько чудес! Вот и громадный желтый Велька – живой и веселый – до сих пор беззаботно резвится на Безлюдных пространствах. Ух, как он мчится навстречу, когда Лесь, Гайка и Славка приходят навестить его!

Но, кажется, он не очень скучает и без них. Похоже, что у него завелись друзья. Кто? Это пока непонятно. Может, похожие на громадных кузнечиков инопланетяне. Может, мальчишки из древних городов. Не исключено, что ловкий Велька там научился проникать в прошлое, в далекие времена…

А порой кажется, что из-за разбитой башни или из-за колонны разрушенного храма смотрит на кузнечика и ребят… Ашотик. Молча смотрит неулыбчивыми коричневыми глазами. Еще минута – и подойдет.

Может быть, когда-то так и случится?

Ведь никто не знает всех загадок Безлюдных пространств.

1993 г.

Самолет по имени Серёжка

Памяти старшего брата Сергея, научившего меня в детстве мастерить бумажные самолетики…

Первая часть

Тишина Безлюдных пространств

Балконный житель

Прошлым летом нас чуть не обокрали.

Случилось это около десяти часов утра. Я к тому времени как раз прибрался, вымыл всю посуду, сел смотреть передачу "Утренняя звезда", и тут у двери затренькал сигнал.

Я выбрался в нашу тесную прихожую. Глянул в глазок (он сделан на уровне моего лица). За дверью топтался плюгавый лысоватый дядька в клетчатой рубахе и с полевой сумкой через плечо. Он мне сразу не понравился.

– Кто там?

– Телеграмма, – сказал он тонким голосом.

Вот новости! У меня и у мамы нигде нет родных. А мамины друзья и знакомые телеграмм не шлют, звонят, если надо, по междугороднему телефону. Даже с днем рождения так поздравляют.

– Опустите в ящик внизу. Мама придет и возьмет…

– Да не положено в ящик! Расписаться же надо!.. Слышь, мальчик, ты чего боишься-то? Разносчик я с телеграфа, меня тут все знают! Уж который год хожу…

Ишь ты, уже по голосу определил, что мальчик. А то, что с телеграфа, явно врет. Если бы часто ходил в наш дом, я бы видел его с балкона. Я всех знаю: и почтальонов, и слесарей, и электриков. И они меня знают, даже здороваются иногда…

– У меня ключа нет! Мама ушла и меня заперла.

Он закричал и злым и плачущим голосом, громко. Видно, знал, что в соседних квартирах никого нет, все на работе.

– Чего ты мне мозги-то пудришь! Я же вижу, какой у вас замок, он изнутри без ключа отпирается!.. Эй, парень, открой по-хорошему! Мне расписка нужна!

– Тогда приходите, когда мама будет дома!

– Да когда она будет-то? Небось к вечеру!

– Нет, она на обед придет!.. – И тут я спохватился: вот балда! Надо было сказать, что мама ушла в магазин и появится очень скоро…

Разносчик сказал уже негромко и с удовольствием:

– До обеда-то еще ого сколько… Тогда ладно. Не хочешь добром, открою сам. А ты сиди и не пикай, а то придавлю как таракана. Усек?

Я обмер. Потом дернулся, щелкнул запасной задвижкой. Но, если это настоящий взломщик, что ему жиденькая щеколда.

Грабитель хмыкнул за дверью и зацарапал в замке чем-то скребущим, железным…

Дорогих вещей у нас не было. Золотые сережки мама носила на себе.