Все было прекрасно. Я наслаждался полетом, встречным ветром и послушностью самолета. Сбросил кроссовки и носки, чтобы босыми ступнями чувствовать рубчатую резину педалей. Слегка покачивал свой «L-5» и держал курс прямо на нижнюю звезду в хвосте Большой Медведицы.

И вдруг все пространство пересекла изломанная диагональ! Я то ли увидел, то ли просто понял – в один миг! – что это с земли в высоту уходит узкий деревянный тротуар! Тот, что начинался у коллектора на Мельничном болоте.

Он был бесконечный и прошивал облака.

И я мчался прямо на него.

Я качнул вправо рычаг управления, надавил правую педаль и понял – поздно! Сейчас будет удар, треск, вспышка, чернота!

…Но ничего такого не было. Просто я лежал в постели и таращился в полутемный потолок. За окном светилась бледная июньская ночь. А сердце под ребрами: бух-бух-бух… Даже в ушах отдавалось.

А когда перестало отдаваться, я услышал шорох на балконе.

Хотите верьте, хотите нет, но я не испугался. Ничуть! Я почему-то сразу догадался, кто это.

Он осторожно отодвинул балконную дверь. И громким шепотом:

– Ромка…

– Серёжка!

– Я… Видишь, я обещал прийти раньше, чем завтра, и вот…

– Какой ты молодец… Ой, а как ты сюда пробрался?

– По веревочной лестнице. Закинул и раз-раз…

– Но ведь решетка-то заперта!

Серёжка заулыбался, я разглядел это в серых сумерках.

– У меня ключ, вот… – Он выдернул из-за ворота квартирный плоский ключик на шнурке. – Открывает любые замки. Почти волшебный… – Шепот у Серёжки был особый, таинственный.

«Сон, – понял я. – Ну и что? Все равно хорошо…»

Серёжка сел на край постели. Мы помолчали с полминуты.

– Ромка, пойдем погуляем, а?

– Кресло не вытащить, мама проснется…

– А кресло нам и не нужно, – все тем же шепотом объяснил Серёжка. – Главное – спуститься с балкона…

Я ничего не успел сказать, как очутился у него на руках. Уже одетый. Он легко вынес меня на балкон.

– Сможешь спуститься на руках? Ты же умеешь подтягиваться на турнике, а здесь не труднее…

К перилам крючьями была прицеплена веревочная лесенка. С круглыми перекладинами. Поскольку это был сон, я не очень боялся. Позволил Серёжке опустить себя за перила и, перехватывая палки, ловко добрался до земли. Сел в прохладную траву.

Серёжка тут же оказался рядом. Качнул лесенку, она упала к его ногам.

– Ой, а как обратно?

– Об этом не заботься…

– А как же я без колес-то?

– Колеса есть! Сейчас…

Он отбежал и тут же вернулся с большим позвякивающим велосипедом, от которого пахло смазкой и пыльной резиной.

– Сможешь держаться на раме?

– Смогу! Меня уже катали! Вовка Кислицын…

Я не стал уточнять, что с Вовкой мы загремели в кювет. Знал, что с Серёжкой не загремлю.

Рама была обмотана чем-то мягким. Красота! Серёжка усадил меня боком, я ухватился за руль. Ноги нечувствительно заболтались впереди педалей.

– Поехали! – Серёжка позади меня прыгнул на седло. Теплый воздух качнулся навстречу. Я услышал, как головки травы защелкали по моим кроссовкам. Тряхнуло. Я засмеялся от радости.

Продолжение счастья

Куда мы едем, я не спрашивал.