В иной ситуации подобная медлительность только бы действовала Танзи на нервы. Однако стоило его губам прильнуть к её губам, стоило им начать своё сладкое неторопливое путешествие по её шее, как Танзи поняла, что раньше она почему-то всегда куда-то спешила, не давая ни себе, ни партнёру даже лишней секунды на то, чтобы ощутить нечто большее, чем просто физическое влечение. Она запрокинула голову, подставляя под поцелуй шею, и с её мягких губ сорвался стон. Господи, чего она всё это время так боялась?

Впрочем, Танзи знала чего. Она провела руками по его спине и, подняв голову, нежно, совсем по-девичьи поцеловала его в губы. Райли тотчас открыл глаза, и Танзи с радостью разглядела в них всю глубину его страсти.

— Спасибо тебе, — прошептала она.

Райли открыл глаза ещё шире. Теперь в движение пришли его руки — он пробежал пальцами вдоль её спины, поиграл с кудряшками волос.

— За что?

— За то, что ты никуда не спешишь, — улыбнулаеь Танзи. — И не даёшь торопиться мне. Даёшь мне возможность прочувствовать каждое мгновение.

— Я делаю лишь то, что, как мне кажется, будет тебе приятно. Вот и все.

Танзи улыбнулась. Наверное, лучше не скажешь. Она никак не ожидала, что желание будет нарастать в ней так медленно, так постепенно. Хотя будь она до конца честна сама с собой, то призналась бы себе, что дело уже не в физическом влечении, не в животной страсти, а в чём-то ином И обоим пришлось так долго сдерживать себя, не давая выхода чувствам, терпеть постоянное напряжение, что почему-то Танзи прониклась уверенностью, что в один прекрасный день страсть должна прорваться наружу наподобие извержения вулкана. Чего она никак не ожидала, так это нежности.

Правда, какая-та часть её существа хотела бы отстраниться, автоматически предохранить хотя бы небольшую часть себя от этой мучительной близости, но, увы, было уже поздно. Потому что к этому моменту их привела настоящая близость, родство душ, а не только жажда физической близости. Именно оно, желание обладать Райли полностью, и окрасило эти минуты неведомыми ей ранее ощущениями, каких ей не подарил бы самый безумный секс.

— У тебя хорошая интуиция, — произнесла она и, запустив пальцы ему в волосы, впилась поцелуем в губы.

Если бы он все предусмотрел заранее, то наверняка бы решил, что Танзи ждёт от него поведения настоящего волка. Кстати, он наверняка удовлетворил бы её в такой роли В этом Райли ничуть не сомневался. Проведи они вместе чуть больше времени, вероятно, так бы оно и было. Или он умер бы, пытаясь соответствовать её представлениям. Но только не сегодня.

Её язык, проникший в его рот, был сладким от мороженого. Интересно, пресытится ли он когда-нибудь ею? Уж точно не сейчас, потому что его терзал неутолимый голод. Райли едва устоял перед соблазном без лишних церемоний взять от неё то, что хочется, взять, не спрашивая её согласия, потому что он терзался желанием и не мог ему противостоять. И тем не менее Райли не спешил, ведь эти медленные, неспешные ласки, каждый стон, каждый вздох, который он исторгал из её груди, хотя и были во сто крат мучительнее, но и во сто крат сладостнее.

— Должен тебе сказать, — хрипло произнёс он, когда Танзи медленно провела губами по его шее, — что я давно уже видел нас с тобой во сне. — При этих его словах по её телу пробежала дрожь, она вся напряглась. — Но только не медленно, как сейчас, а грубо и быстро. Совсем не так, как сейчас.

Танзи опять провела по его шее языком, и теперь уже вздрогнул он. От удовольствия.

— Совершенно не так, — согласилась она, целуя ему мочку уха.