— Вы ищите свой нож, а я погуляю пока, — предупредила я мужчин.

В отличие от дома, огород у Фирсова был ухоженный. Должно быть, ради него и держали дачу. Ровные грядки помидоров, болгарский перец, картошка, кабачки. Кроме малины обнаружились крыжовник и смородина.

Из малинника я видела, как Михаил вынес на двор большой фанерный ящик. Сокол заглянул внутрь и махнул рукой, отгоняя Фирсова и Сережку, а сам принялся разбирать железки.

Стало интересно, не каждый же день видишь артефакты, способные возвратить человека с того света, и, набрав про запас горсть спелых ягод, я осторожно приблизилась и встала рядом с Серым. Колдун аккуратно вытаскивал из кучи старья то старый паяльник, то моток проволоки, то еще какую-нибудь рухлядь и выкладывал все это на землю рядом с ящиком. К тому времени, как малина у меня в ладони закончилась, на этом импровизированном прилавке антиквара набралось не менее двадцати экземпляров первобытных орудий труда. Даже нож был, но, увы, не тот: здоровенный тесак с зазубренным, покрытым ржавчиной лезвием. Интересно, что или кого им рубили? А если это и не ржавчина вовсе…

— Может, просто высыпать все? — подал здравую мысль Серега. — Ножик небольшой, наверняка на дно завалился.

— Я тебе сейчас высыплю, — прорычал темный. — А лучше всыплю.

Он продолжал методично извлекать из ящика древности.

— Так вот же он! — радостно закричал Серый, когда созерцание груды старья мне окончательно наскучило и я уже собиралась вернуться к ягодкам. — Вот!

— Этот? — недоверчиво скривился Сокол, вертя в руке маленький нож.

Короткое лезвие, обмотанная изолентой рукоять — описание совпадало. И что ему не нравится? Я тоже не так себе артефакты представляла, так я и о темных магах была лучшего мнения… точнее, худшего… В смысле, мужик в футболке, джинсах и найковских кроссовках мало смахивает на какого-нибудь ведьмака…

— Ты уверен, что это тот самый нож? — с нажимом спросил колдун.

— Ну-у… — Сережка опасливо протянул руку. — Вроде да… Точно! Точно он. Видишь, царапина? Я его в эпоксидке вымазал, отдирал потом. И осталось немного, вот… А что не так?

— Все.

Он сжал нож так, что пальцы побелели. А лицо у него стало такое… потерянное, что ли? Не знаю, даже слов не подберешь. Но малины мне совсем расхотелось.

— Наташка-Наташка… — Сокол разжал кулак, и нож упал на землю. — М-да…

— Не понял. — Серый озадаченно глядел на брошенный артефакт.

— Зато я понял, но поздно. Это просто кусок железа. И порезался ты им случайно, и… Поехали отсюда.

Его негромкий голос перекрыл новый звук: кто-то методично колотил кулаком в калитку. Бамс-бамс-бамс… После очередного удара дверца не выдержала и распахнулась.

— Сосед, а сосед, — припадая на одну ногу, во двор вошла худая тетка в годах. — Коза моя к тебе в огород влезла.

— Какая коза? — Михаил оглядел натянутую под два метра металлическую сетку. — Летает она, что ли?

— Коза в огород влезла, — монотонно повторила тетка, приближаясь.

— Да какая еще коза?!

Фирсов решительно шагнул навстречу гостье, но Сокол вдруг схватил его за руку и рывком оттолкнул назад.

— Коза…

Руки у тетки висели плетьми, глаза, не мигая, смотрели вперед, а изо рта тонкой ниточкой стекала слюна.

— Сосед, — донесся глухой басок от калитки, — коза к тебе в огород влезла…

Судя по количеству собравшихся у ворот людей, все местные козы повадились лазить в фирсовский огород.