Подавшись в бега, он долго скитался по всему Дальнему Востоку, пока наконец не осел в Харбине. Во время своих мытарств он не раз прибегал к своим колдовским способностям, попутно совершенствуясь в магии, впитывая в себя умение тех колдунов, с которыми его сводила судьба. Волей случая довелось ему довольно близко познакомиться с одним ламой, который обладал магией удивительной силы и даже мог заглядывать в будущее. Несмотря на все Николаевы просьбы, делиться своим секретом ясновидения лама не стал, объясняя это тем, что каждый сам ищет свой путь к этому знанию и, как он видит будущее Николая, тот найдет свою дорогу в сложном мире магии и колдовства. Дальше была Первая мировая, Гражданская война, Вторая мировая, но к тому времени Николай уже владел колдовством в той степени, которая могла обеспечить ему спокойное существование, и все эти великие потрясения прошли мимо него, практически не нарушая устоявшийся уклад жизни. Не испытывая особых финансовых затруднений, он отдавал всего себя поиску и изучению «черных писаний» средневековых чародеев, древних манускриптов, написанных давно забытыми мастерами запретных наук. В конечном итоге у него набралась довольно внушительная библиотека. Опасаясь пойти по пути чернокнижья и заняться некромагией, после долгих размышлений он провел обряд отречения от демонов третьей ступени, навсегда закрыв себе дорогу за ту черту, где сотворение зла становится для мага основным смыслом жизни.

В общем, жизнь его шла ровно и размеренно, как добротный хронометр, пока в конце пятидесятых годов на его след не вышли органы госбезопасности, которые во время своих поисков книг по колдовству и магии часто сталкивались с тем, что их уже опередил некто, с органами этими никак не связанный. Объединив имеющуюся у них информацию, проведя огромнейшую оперативную и агентурную работу, они в итоге вышли на след Николая, успевшего к тому времени раз пять сменить документы, разумеется, используя для этих целей разные фамилии.

Попытка силой заставить его сотрудничать с органами была отвергнута сразу. Потерявший во время железнодорожной катастрофы жену и двоих детей, Николай не имел родни, через кого было бы можно оказать на него давление. Все попытки найти других близких ему людей с треском провалились, так как прошлое этого замкнутого человека для людей посторонних было покрыто мраком. Прямое давление на колдуна такого уровня было попросту недопустимо, поскольку, едва почувствовав повышенный интерес к своей персоне, он вполне мог навсегда исчезнуть из поля зрения госбезопасности, на прощание устроив серьезные неприятности своим преследователям.

Поскольку вариант с принудительным сотрудничеством отпадал, то «контора», имеющая богатейший опыт в работе с людьми, пошла другим путем, используя вместо кнута пряник. В ненавязчивой форме чародею был предложен неограниченный доступ к центральному архиву, где хранились все документы, рукописи, книги по магии, которые когда‑либо были найдены органами госбезопасности. Взамен от него требовалось готовить специалистов по своему профилю, оказывая консультативные и магические услуги в деле противостояния нечисти.

Это было то предложение, от которого Николай не мог отказаться. Получить в одночасье все, за чем он охотился годами, было верхом его мечтаний. Оставшись без семьи, он посвятил себя магии без остатка, став поистине настоящим мастером колдовства, и тот почти неограниченный ресурс, который предоставляло ему государство, был для колдуна поистине бесценной находкой. Он получал все, что хотел, а взамен не делал ничего такого, что шло бы вразрез с его совестью и жизненными принципами. Вот так Николай Степанович Минин и стал старшим Хранителем архива.

С его появлением на госслужбе эффективность работы Отдела по уничтожению нечисти резко возросла. Смертность среди ликвидаторов значительно сократилась, а сам отбор кандидатов на эту должность стал проще и надежнее. Можно сказать, что все заинтересованные стороны остались довольны.