Вернувшись из воспоминаний в реальность, парус открыл через стимулятор канал связи, установленный еще ночью, и сразу же получил сообщение:

«Все так же торгуешь памятниками культуры?»

«Ты еще там?» — спросил парус, по-прежнему испытывая трудности в общении и не раскрывая рта.

«Мне никуда не деться, пока эта поганая рыба не надумает опорожнить кишечник», — услышал он раздраженный голос Снайпера.

«Значит, ты не контролируешь этого безумного карпа?»

«Нет, пока подзаряжаюсь, чтобы подготовиться к выходу на свободу. Этот молли несколько сбит с толку, ему вдруг приспичило поплавать рядом с судном. В принципе понятно, он так далеко от дома. Скажи, сколько Блюститель платит за твои услуги?»

«Тысячу в день».

«Я так и думал. Но что ты надеешься увидеть на этом судне?»

«Ничего особенного. Я просто проголодался и устал. Решил остановиться. Чем дольше здесь нахожусь, тем больше денег получу. Полечу дальше, если Блюститель прикажет. Не вижу смысла слишком стараться».

«Нравится получать зарплату, верно? Тебе никогда не приходило в голову, что несколько кусков мяса — слишком низкая оплата работы парусом? Если бы тебя не было, им понадобился бы дополнительный парус, такелаж и матросы».»

Обманщик заморгал и осмотрел «Странника». Борис стоял у руля и управлял судном, а остальные занимались какими-то пустяками. Да, на протяжении веков он видел, как изменяется конструкция судов хуперов, но до этого момента считал, что они нужны лишь для более удобного размещения его собратьев. Только сейчас парус с удивлением понял, что преимущества были несколько односторонними. Через стимулятор он получил доступ к текстовому файлу, описывающему суда хуперов и методы их использования.

«Члены команды получают процент от прибыли».

«Парус тоже может потребовать свою долю. Правда, скорее всего, ему придется оставаться на судне до окончания плаванья».

Снайпер передал ему адрес одного сайта, и Обманщик с интересом изучил образцы договоров о найме. Когда он перестанет работать на Блюстителя, то изменит ситуацию коренным образом.

Рана на бедре уже беспокоила ее значительно меньше, чем последствия выстрела из электрошокового пистолета. Раздвинув обгоревшую ткань брюк, Олиан увидела, что она уже затягивается розовой рубцовой тканью. Батианцы и Фриск были настолько уверены в себе, что забыли, что их противник — тоже хупер, причем проживший в этом качестве достаточное количество лет. Если бы она была обычным человеком, Сван едва ли почувствовала бы ее удары — батианцы славились крайней выносливостью и стойкостью.

Как бы то ни было, ей удалось выжить. Давно стихли звуки взрывов, а также душераздирающий вой уничтожаемого домашнего компьютера. Они, конечно, пытались взорвать или разрезать дверь, но Тай знала, что ей ничего не угрожало, после того как дверь закрылась. Для разрушения метрового слоя материала, до сих пор называемого просто «прадорской броней» и являвшегося сверхпроводящим и крайне ударопрочным экзотическим металлом, применение которого являлось одной из причин, по которым древняя война продолжалась так долго, требовалось такое количество энергии, что это не могло не привлечь внимание Блюстителя. Фриск не осмелится так рисковать. Между прочим, эта тварь даже не смогла понять, зачем ей понадобился такой непроницаемый сейф, потому что не знала, что в нем хранится. Тай схватилась за край одного похожего на гроб ящика и с трудом встала на ноги, затем приложила ладонь к запору на верхней поверхности.

— Открыть просмотровую панель.

Прямоугольное окно на хромированной крышке стало прозрачным. Никаких картин внутри не было.

— Я правильно передала все черты твоего лица.