Да, он действительно направился к ней. На этот раз Оратли не отвернулась. На свете есть так много мест, куда можно отправиться на таком хорошем корабле, как «Добрый ветер», — особенно когда тебе нужно, чтобы хозяин корабля убедил своих самых горячих матросов держаться подальше от тебя и двух твоих слишком уж красивых дочерей.

Ветер в открытом море дул сильно, но ровно. Корабль плавно покачивался на волнах. Прекрасная погода для морского путешествия — даже облака летят высоко, и нет никаких признаков надвигающейся бури. «Добрый ветер» быстро идет на юг, к Телну. Коэлортар давно скрылся за кормой, а впереди, вдали, уже показался зеленый берег Элгарта.

— Приятно видеть вас на палубе, госпожа Оратли, — осторожно начал капитан Телгаерт. — Большинство из тех немногих пассажиров, которых я взял на борт, сидят в своих каютах и прижимают к носу букетики трав — вы понимаете, что я имею в виду.

Оратли улыбнулась.

— Да, господин, я понимаю. Но пока плавание проходит весьма благополучно, — она намеренно позволила ему заметить оберегающий жест, который принято делать в таких случаях на море, чтобы удача не покинула корабль, — и я, и мои дочери бесконечно благодарны вам за то, что вы взяли нас на корабль так поспешно и без предупреждения.

Телгаерт посмотрел на море и пожал плечами.

— У меня была свободная каюта. — Стараясь не смотреть на нее, он осторожно заметил: — А вам, как мне показалось, было очень нужно покинуть Силптар, и вы так спешили…

Невысказанный вопрос повис в воздухе. Оратли мысленно улыбнулась, вздохнула как можно незаметнее и расправила плечи. Пришло время объясниться — все равно придется, рано или поздно.

— Господин Телгаерт, — решительно начала она и положила ему руку на плечо, чтобы капитан повернулся к ней лицом. Потом, отступив назад, Оратли сказала: — Я вижу, вы обеспокоены и нуждаетесь в объяснениях. Скажу вам прямо — я и мои дочери не сбежали от жестокого мужа, меня не обвиняют и не подозревают ни в каком преступлении — ни в убийстве, ни в краже, ни в чем-нибудь еще… И вам достаточно внимательно посмотреть на лица Мелейры и Талас, чтобы убедиться, что обе они действительно мои дочери. Я не убегаю от хозяина или от кредиторов. Никому в Силптаре нет никакого дела до того, что я уехала. И я не какая-нибудь принцесса инкогнито, не чудовище, меняющее облик, и не колдунья. Я даже не молодая, пресыщенная благородная дама, которой захотелось повидать мир и поискать приключений. Я не ищу ни пропавшего мужа, ни спрятанные сокровища и не собираюсь становиться пираткой. Я не собираюсь даже насильно затаскивать вас в постель.

Капитан закашлялся от смущения, когда Оратли не дошла еще и до середины этого списка. А когда она упомянула последнюю возможность, он от удивления широко раскрыл глаза и на мгновение замолчал, а потом издал нечленораздельный звук, быстро перешедший в громкий веселый смех.

Телгаерт смеялся и хлопал себя по бедрам, а матросы на палубе повернули головы в его сторону, чтобы посмотреть, что так развеселило капитана. Зная, что на него смотрят матросы, Телгаерт осторожно отступил на шаг от Оратли и, отсмеявшись, проговорил:

— Какое облегчение! Знаете, а вы мне по душе, добрая женщина! — Он широко улыбнулся. — Только не поймите меня неправильно, пожалуйста.

— Господин, я не пойму вас неправильно, — с улыбкой ответила Оратли. — И поверьте — все, что я вам сказала, чистая правда. Вам нечего опасаться с моей стороны.

Телгаерт кивнул, как будто они были двумя торговцами и заключали сделку.