— Тридцать лет. Мне было в декабре. Довольно неплохо. Весело. — Она остановилась. — Ты уверен?

— Что Гершвину сегодня тридцать?

Она угрожающе посмотрела на меня:

— Нет, что мне стоит подойти? Я не хочу портить вам вечеринку.

— Наоборот, это будет классно. Там только я, Гершвин, Зоя и куча новых друзей Гершвина, которых я не знаю и которые не слушают, когда я рассказываю истории, которые мне самому кажутся интересными.

Джинни задумчиво посмотрела на меня.

— Хорошо, объясню по-другому. Присоединяйся к нам, или мне придется сделать что-нибудь более радикальное.

— Например?

Я приподнял брови, схватил поднос со стаканами и пошел к нашему столику, оставив вопрос висеть в воздухе. Джинни последовала за мной.

26

— Гершвин! — крикнул я, когда мы приблизились к нашему столику. — Смотри, кого я привел!

Гершвин поднял глаза и, не успев сделать никаких мыслительных движений, вскочил со стула, чтобы обнять Джинни.

— Я не видела тебя со дня свадьбы, — сказала Зоя, поцеловав Джинни. — О, я так рада снова тебя увидеть.

— Рада видеть вас обоих, — сказала Джинни. — Я должна была поддерживать контакт. Я такая гадкая в этом отношении.

— Все мы гадкие, — сказал Гершвин.

— Это из-за меня ваши напитки прибыли с задержкой, — просветила Джинни тех из присутствующих, кто не понимал, что происходит. — Я наткнулась на Мэтта, и мы пытались восполнить последние шесть лет или около того. — Она засмеялась и посмотрела на меня. — Гершвин, Мэтт и я вместе учились в школе.

— Все внимание — это Джинни, — сказал Гершвин, сделав рукой жест для всех, кто сидел за столом. — Джинни, это…

По его лицу было видно, что Гершвин пытается решить, надо ли представлять всех по отдельности. В конце концов он решил этого не делать:

— …это мои друзья.

Как только Гершвин сел, беседа за столом продолжилась. Первая из тем возникла сама собой благодаря появлению Джинни: каким Гершвин был в школе? Из вежливости все предоставили Джинни право начать, и она рассказала про то, как в тринадцать лет Гершвин, Элиотт, Пит и я пошли смотреть фильм «Брейкданс». Хоть мы и не умели танцевать брейк, не говоря уже о том, чтобы делать всякие выкрутасы на спине и на голове, фильм нас настолько увлек, что мы начали танцевать прямо в кинозале. Нам казалось, что в шелковых спортивных штанах и майках со множеством рисунков мы выглядим великолепно, но все, что мы получили за свои старания — это ссадины, головную боль и месячный запрет на посещение этого кинотеатра. После этого все по очереди рассказывали школьные истории, начиная с Сары (которая Сара и Нил) и заканчивая Полли (которая Дом и Полли).

В этот момент Джинни решила отправиться на поиски своего парня. Вернувшись через пять минут вдвоем с ним, она, во избежание неловкости, не стала говорить: «Все внимание! Это…». Вместо этого она посадила его за стол, позволив другим отметить его появление поднятием бровей, а затем представила его нашему концу стола, за которым сидели Зоя, Гершвин и я.

— Иэн, — сказала она, махнув в его сторону рукой. — Это Зоя, это ее муж Гершвин — мой школьный друг — и Мэтт — еще один мой школьный друг.

Она сделала паузу и помахала рукой всем нам.

— А это Иэн.

Иэн оказался совсем не таким, каким я себе представлял. Джинни всегда говорила мне, что ее «пунктик» — это мужчины неряшливого вида.