– Да.

Алексу дался только односложный ответ.

Джерри глянул в пропасть.

– Крыша «Консанто» прямо под нами, ветра нет. Времени на рулёжку у тебя практически не будет, но можешь попробовать потянуть клеванты. – Он положил руку на плечо Алексу.

– Я могу прыгнуть вместо тебя, если хочешь, – добавил он.

– Нет, – покачал головой Алекс. – Спасибо, Джерри. Но это должен сделать я. Это была моя идея…

– Удачи.

– Сломай ногу! – воскликнул Том. – Хотя… лучше не надо.

Алекс прошёл к самому краю пропасти, встал между двух статуй и посмотрел вниз. Он стоял прямо над комплексом, хотя с такой высоты он казался крохотным, как серебристый кирпичик «Лего». Большинство работников, скорее всего, уже ушли, а вот охранники останутся. Придётся надеяться, что никто не поднимет голову и не увидит его в те несколько секунд, что он будет лететь. Но, понаблюдав за комплексом снаружи, из-за ворот, он понял, что такое случится вряд ли. Фабрика «Консанто» стояла длинной стороной к морю. Главная дорога и въездные ворота были с одной стороны. Именно туда и было направлено все их внимание, и если Алексу повезёт, то он спрыгнет незамеченным.

У него засосало под ложечкой, а ног он почти не чувствовал, словно парил в воздухе. Он попытался сделать глубокий вдох, но воздух почему-то не желал проходить в лёгкие. Действительно ли ему так важно пробраться на фабрику «Консанто» и узнать, как она связана с «Скорпией»? Что скажут Том и его брат, если он сейчас, в последнюю секунду, передумает?

Да ну к чёрту, подумал он. Многие подростки занимаются бейсджампингом. Сам Джерри недавно спрыгнул с моста Нью-Ривер-Гордж в Западной Виргинии. То был День моста – единственный день в году, когда бейсджампинг в Америке разрешён, – и он сказал, что там в очереди стояли десятки мальчишек. Это просто спорт. Им занимаются для развлечения. Если он будет колебаться ещё хоть секунду, то ни за что уже не прыгнет. Пора уже со всем этим покончить.

Одним движением он забрался на парапет, проверил стропы, в последний раз посмотрел на свою цель и прыгнул.

Это очень напоминало самоубийство.

Он никогда ещё не чувствовал ничего похожего.

Перед глазами всё плыло. Он видел небо, край скалы и (если только ему не почудилось) лицо Тома с вытаращенными глазами. А потом всё покосилось. Синее столкнулось с серым, белая крыша всё приближалась. В лицо бил ветер. Он летел так быстро, что глаза чуть ли не вдавливало в глазницы. Пора раскрывать парашют. Хотя нет. Джерри же предупреждал. Сколько прошло секунд?

Пора!

Алекс отбросил вытяжной парашют, надеясь, что он поймает восходящий поток воздуха, который вроде как его окружает. Сработал ли он? Парашют уже исчез из виду, таща за собой линь, который, в свою очередь, должен был вытянуть из рюкзака купол «Блэкджек». Боже! Он слишком долго ждал. Он падает слишком быстро. Длинный безмолвный крик, ветер в ушах, мурашки по коже. Где, чёрт возьми, парашют? Где верх? Где низ? Падение…

А потом – внезапное торможение и ощущение, словно его вывернули наизнанку, а потом попытались порвать напополам. Самым краем глаза он видел стропы и развевающуюся ткань. Купол! Но сейчас это не так важно. Куда он летит? Он посмотрел вниз и увидел собственные ноги, болтавшиеся в воздухе. Им навстречу стремительно нёсся белый прямоугольник. Крыша фабрики – но она слишком далеко. Он промахнётся. Скорее потянуть за клеванты! Вот, так-то лучше. Крыша снова наклонилась в его сторону. Он ничего не забыл? Заход! Он потянул за обе тормозящие стропы, повернув купол носом вверх – как самолёт при посадке. Но не слишком ли поздно Алекс это сделал?

Вот он видит уже только крышу.