– Мы очень переживаем, – говорила самая болтливая соседка. – Ну как так, Полька пропала, а никто и не дергается, будто и не случилось ничего. Хорошо, что вы пришли.

– Спасибо за шоколад, – дополнила вторая. А третья ничего не говорила, она сосредоточенно жевала уже пятую конфету.

– Девушки, – доброжелательно и доверитель но произнес Игорь Иванович, – а может, подскажете, с кем, на вашей памяти, Богуславская плотно общалась? Или не плотно, но хотя бы упоминала. Вдруг нам еще что про нее расскажут?

Девушки задумались. Коробка с конфетами стремительно пустела, и Игорь сделал себе мысленную пометку: надо сделать стратегический запас в своем кабинете.

– В приют она вроде ходила для собак, – неуверенно сказала третья, справившись со сладким. – Тут поблизости он, как называется, девочки, не помните?.. Ласковый… пес? Друг?

– Верный друг, – вспомнила первая, и остальные закивали: да, точно. Игорь записал.

– И еще она просила, пока нет ее, к бабушке заходить, старенькой. Деньги оставила на продукты. Правда, – девушка смутилась, – мы уж неделю не были, не соберемся никак.

– К какой бабушке? – недоуменно спросил Стрелковский. Живых бабушек у принцесс не было.

– Не к родной. Она с ней на улице где-то познакомилась, вот и помогала. Как не на работе, то либо в приюте пропадала, либо у бабушки. Сейчас адрес вам запишу, – соседке явно было неловко, – а мы обязательно зайдем завтра, проведаем.

Адрес был торжественно вручен, и, поговорив еще немного, Игорь решил прощаться, тем более что на улице уже темнело.

– Кстати, – вспомнила, когда они уже стояли на пороге, одна из соседок. – Мы же поначалу с ней вместе у Палыча занимались. Они и спелись отлично, оба на брусьях работать любили. Вы бы с ним поговорили, они даже дружили вроде.

– А Палыч – это кто? – уточнил Игорь Иванович.

– Да физрук наш второй, допы ведет, секции всякие, соревнования. Только он ушел уже, наверное.

– Ничего, – усмехнулся Стрелковский, – мы завтра еще зайдем. Спасибо вам, прекрасные леди. Вы нам очень помогли.

Он чувствовал непонимающий взгляд напарницы, а девушки, раскрасневшись, хором прощались и приглашали зайти еще.

– Капитан Дробжек, – спросил Игорь, когда они уже спустились вниз и садились в машину, – что скажете?

– Не врали. Если и утаивали что-то, то непринципиальное, – ответила Люджина и пристально взглянула на него. – Вы чем-то недовольны, полковник?

– Я хотел бы высказать пожелание, – сказал он как можно деликатнее, – а принимать его во внимание или нет, решайте сами. Хорошо?

– Слушаю вас внимательно, – резковато проговорила женщина.

– Смените форму одежды на более располагающую. Нам нужно разговаривать с людьми, а не пугать их. И будьте чуть доброжелательнее, пожалуйста. Если понадобится пугать, напугаем и без формы. Что скажете?

Менталистка некоторое время смотрела на него, потом пожала плечами.

– Так точно, полковник. Мы сейчас по домам?

– Нет. Давайте заедем к нашей загадочной бабушке. Не думаю, что там будет что-то важное, поэтому отработаем по-быстрому сегодня, а завтра уже пойдем по перспективным свидетелям.

«Бабушка» Полины жила в стареньком четырехэтажном здании, видимо, полном таких же бабушек и дедушек. Они сидели на скамеечках под фонарями и что-то живо обсуждали или медленно ходили туда-сюда вдоль дома, совершая ежевечерний моцион.