– Да не издевайся над ним, Март, – с досадой стукнул рукой по одеялу Алекс. Голос его был уже уверенным, боевым, как раньше.

– Ой, а это кто у нас вдруг выздоровел? Умирающий? – радостно переключился Мартин. – А спать? Данилыч? Спа-а-ать?

– Потом, – отмахнулся Свидерский. – Эта гадость и умертвие поставить на ноги может. Макс, я говорил уже, что ты гений?

– Говорил, – недовольно буркнул инляндец, огляделся и пошел мыть руки. Все серьезно смотрели ему вслед. Он вернулся, сел в кресло.

– Ну? – требовательно спросил фон Съедентент.

– Что «ну»? – поморщился Макс.

– Что ты не поделил с этой крошкой, и почему мы не знаем об этом?

– Это не то, чем я мог бы гордиться и делиться с вами, Мартин, – сухо ответил лорд Тротт.

– На следующий день после атаки камены сказали Максу, что Богуславская не пришла на лекции, пропустила зачет и что это впервые за все время случилось, – пояснил Александр. – Он сложил два и два и сообщил мне. Все действительно было подозрительно, вот и вызвали ее в кабинет… поговорить. Я проверил ее и убедился, что чиста. А Малыш не поверил и решил… перепроверить.

– Ментальным взломом! – возмущенно воскликнула Виктория. Она тоже села в кресло и теперь качала туфельку на кончиках пальцев ноги. Вперед-назад, вперед-назад.

– Так надо было хотя бы усыпить ее перед этим, Макс, – недоуменно глянул на него Мартин, поднимая взгляд от качающейся туфельки.

Инляндец вздохнул. Он устал уже говорить за сегодня.

– Я поторопился. Побоялся, что если демон, то успеет ударить первой. Нажал чуть сильнее, чем нужно. У нее защита стоит какая-то хитрая, и не поймешь, природного свойства или искусственная, вот и стало любопытно, да и на вечер накануне надо было посмотреть… Сразу увидел, что не она, хотел восстановить, но девчонка начала уворачиваться, а там процесс уже запущен был. Вот и получила… ощущений.

– Я же говорила вам утром, что в общаге пьянка была, – недовольно высказалась Вики. – Там, наверное, половина на пары не пошла. Так почему сразу она? Только из-за ауры мутной?

– Да, – сказал Макс и замолчал.

– Ладно, – Мартин подмигнул ему ободряюще, тряхнул волосами. – Крошку, правда, жалко, первый опыт ментального контакта, травма на всю жизнь. Теперь она будет бояться рыжих, а это оставлять никак нельзя, Малыш. Так что придется тебе вспомнить, как ублажать девочек.

Тротт посмотрел на друга так, что тот скабрезно захохотал и добавил:

– Я имел в виду мороженое и куклы, гнусный ты извращенец. А мы, если опять что пойдет не так, будем тебе носить передачки по очереди. И под окнами песни петь. И вообще, – неугомонный барон обратился к Свидерскому, – Алекс, я опять собираюсь напугать твою экономку и угрозами выпытать у нее несколько бутылей вина. Я сегодня был на ипподроме, вот там страсти! Срочно нужно напиться, завтра еще ученый совет, я заранее тоскую. И в Малыша вольем бутыль, пусть расслабится. Тебе, Данилыч, только понюхать. И расскажешь нам наконец, как слетал к Алмазычу. Вики, пошли со мной? Я буду тебе говорить гадости, а ты меня – презирать, как обычно? А?

Виктория улыбнулась как-то очень по-доброму и встала, барон галантно придержал перед ней дверь. Макс посмотрел им вслед, вытянул длинные ноги, расслабленно откинулся в кресле.

– Болтун и клоун, – сказал он с усмешкой. – И как его хватает на все это дуркование?

– Да, – откликнулся Свидерский, попивая настойку Тротта, – без него нам было бы совсем плохо.