– В Авендаре проводят много аукционов, – позволил себе почти незаметную усмешку проводник.

    – Я имею в виду те, где продают самых красивых и дорогих рабынь для утех.

    – Такие обычно устраивают в белом зале торгового дома «Астеан». Часа через два начнется очередной. Однако…

    – Что?

    – Туда даже инары попадают только по предварительным приглашениям.

    – Можно как-нибудь обойти это условие? – нахмурился Лек.

    – Увы, – развел руками проводник, потом задумался. – Но можно убрать обладателя приглашения, забрав его себе.

    – Смерть инара вызовет переполох. – Горец отрицательно покачал головой. – Я не хочу шума, все должно быть проделано тихо. После того, как девушка окажется в наших руках, можно все, а до того – увы.

    – Труп не обнаружат до вашего ухода, – возразил охотник. – Вы же знаете, Повелитель, мы умеем работать тихо.

    – Если так, делайте. – Лек пожал плечами, судьба нартагальского рабовладельца юношу ничуть не заботила. – Где вас ждать?

    – А вон неплохой трактир, туда часто аристократы заглядывают. Дело много времени не займет, я знаю, где остановился один из инаров, прибывших специально для участия в аукционе.

    – Приглашения не именные?

    – Нет – золотая пайцза торгового дома. Там, конечно, удивятся, что вместо одного владетеля прибыл другой, но особого внимания не обратят, такое довольно часто случается. Только при входе нужно доказать, что платежеспособен.

    – Два жемчужных лоана сойдут?

    – Одного хватит, чтобы половину этого города купить, – ухмыльнулся проводник, с некоторым удивлением покосившись на Лека.

    Было чему удивляться – жемчужным лоаном называли очень редкий и дорогой драгоценный камень. Некоторые из них стоили и по миллиону золотых, иногда больше. Но главным была даже не стоимость, а красота камня, в его переливающуюся жемчужным светом глубину люди могли смотреть часами, их буквально затягивало. Поговаривали, что ношение лоана на груди излечивает от любых, даже самых страшных болезней. За ними охотились, но мало кому удавалось получить эту драгоценность. А тут вдруг сразу два. Камни, не считая золота, вручил Леку император, приказав денег не жалеть и вытащить Неизвестную любой ценой.

    Проводник растворился в толпе, а всадники направились к трактиру «Китовый ус». Ле, одетая в полупрозрачные одежды рабыни для утех, смотрелась на изумление эффектно – золотистые волосы были сколоты в причудливую прическу, вытянутые к вискам глаза горели внутренним светом, идеальная фигура заставляла любого мужчину судорожно сглатывать слюну. Многие встречные молодые аристократы тайком бросали на нее похотливые взгляды, а потом завистливо косились на владельца прелестницы. Жрица напрочь отказалась подчиняться приказам кого-либо другого, даже уговоры императора не помогли, вот Санти и пришлось играть роль нартагальского инара. Без Ле поход становился бессмысленным, только она знала, как выглядит Неизвестная.

    При виде аристократов владелец трактира вылетел из-за стойки бара и принялся отбивать поклоны, едва не стукаясь лбом об пол.

    – Вина дай, – процедил сквозь зубы Санти, брезгливо поджав губы.