Времени обдумать это у меня не было. Зуз набросилась на меня. Пока мы боролись, я приметила, что она запустила руку в волосы и что-то достала.

Заколка – и не какая-нибудь обычная. С острым концом. Им вполне можно убить.

Когда мы попали в тюрьму, у нас отобрали все вещи, ничего не оставив, что можно было бы использовать как оружие. Ей дали это здесь… и я точно знала кто.

Бойд.

Острая боль пронзила мое плечо, когда она воткнула заколку мне в мышцы, продырявив кожу.

– Я выйду отсюда, – кипела она, вытащив свое оружие и направив мне его в сердце, – и если ради этого мне надо тебя убить, то так тому и быть.

Игры – всегда борьба не на жизнь, а на смерть. Но в этот момент что-то изменилось.

Я сомневалась. Будто у меня есть выбор: убивать или нет. Я боялась снова попасть в то место внутри себя. Но вариантов не оставалось.

Схватив ее за руку, чтобы она не ударила меня, я подняла локоть и врезала ей по лицу. Это остановило ее.

Мне этого оказалось достаточно.

Со всей силой, на которую я была способна, я отшвырнула Зуз и вскочила на ноги.

Больше я не слышала криков толпы. Ничего не видела, кроме Зуз. Монстр взревел из глубин, выползая из грязи и дерьма, показываясь на поверхности.

Она закричала и рухнула в грязь, когда я пнула ее в лицо.

Заколка выпала из ее пальцев.

Я знала лишь одно – убей или умри. И сегодня я бы не погибла.

Я потянулась за ее оружием, но Зуз подставила мне подножку. С глухим стуком я упала лицом в грязь, откинув заколку подальше от нас.

Миллисекунда. Мы посмотрели друг на друга, а затем на заколку. Царапая и нанося друг дружке удары, мы пытались добраться до заколки.

– Нет! – прорычала Зуз, пытаясь отобрать у меня оружие, но я повернулась к ней лицом. Она быстро осознала свою ошибку.

Острая часть заколки впилась ей в легкое, лопнувшее как воздушный шарик.

Зуз застыла, ее глаза расширились. Она посмотрела на заколку в ее груди, затем на меня с недоверием и ужасом.

Оттолкнув ее тело от себя, я вырвала заколку и поднялась на ноги. Ладонью она прикрывала дыру в груди, тело сотрясалось при каждом вдохе. Зуз все еще смотрел на рану, словно не могла поверить в то, что произошло. Так было, пока не прошел шок, – ее хриплое дыхание стало влажным.

– Убей! Убей! Убей! – скандировала толпа.

Зуз едва дышала, у нее осталось одно легкое. В этом крике толпы она поняла, кто сегодня умрет. Она гортанно застонала и попыталась от меня отползти.

Меня затошнило от того, что мне необходимо было сделать. Казалось, словно умереть предстояло мне. Подбородок дрожал, я подошла к Зуз, наблюдая, как она ловит ртом воздух. Она все равно умрет, но легче мне не становилось.

– Убей! Убей!

Я отгородилась от всех. Я не могла показать свою слабость. Это место охотилось на таких и высасывало все до остатка.

Так долго я прятала воспоминания об Играх, отворачивалась и игнорировала правду о себе. Только так я могла пережить день. Но теперь я снова встретилась со всем этим лицом к лицу и погрузилась в реальность. Сомкнула когти ужаса и смерти, снова превратившись в монстра.

С силой я обрушилась на Зуз – острая заколка вошла в ее грудь, погрузившись во второе легкое, и затем я выдернула свое оружие.

Она открыла рот в хриплом крике, воздух покинул ее легкие. Она боролась с невидимой силой, отнимающей ее жизнь, пытаясь судорожно глотнуть воздух. Изо рта шла кровь. Зуз хрипела. Но вскоре она прекратила свою борьбу. По моей щеке скатилась слеза – Зуз перестала двигаться, в ее глазах застыла пустота.

Зуз умерла.

Ярость и горе обрушились на меня, ноздри раздувались.