– Член последнего мужчины, пытавшегося меня поймать. – Медленно я засунула коробку под мышку, пытаясь отвлечь его внимание от нее. – Но тебе не о чем переживать. – Я презрительно склонила голову набок.

– Евнух? – ухмыльнулся Киллиан.

– Мне интересно, а был ли он вообще у него.

– Заткнитесь на хрен. – Калараджа нацелил на меня пистолет. – Забери это, – приказал он охраннику. Мне стало дурно, когда парень выхватил коробку из моих рук.

– Любишь коробки с членами, да? Теперь я поняла, в чем дело.

Я пыталась вести себя так, словно не паниковала.

Калараджа стиснул зубы.

– Думаешь, разумно злить меня?

– Думаешь, разумно злить меня? – прорычал глубокий голос за моей спиной.

Дыхание перехватило, этот голос завлекал меня в преисподнюю. Я пробиралась сквозь миллиарды эмоций, разрываемая в клочья, пока не осталось ничего. От сквозящего в его голосе гнева, казалось, с меня содрали кожу.

Я повернула голову, так и не в силах глотнуть воздуха, остановившись взглядом на массивном силуэте. Глаза цвета морской волны горели в темноте голубым пламенем, мужчина был готов убивать и поглощать все. Даже без моей магии Уорик – легенда. Его тело казалось в разы больше обычных солдат, но этого ему оказалось недостаточно. Уорик впитывал каждую молекулу, его влияние простиралось далеко за пределы его тела. Территорию он захватывал грубой силой.

Уорик взглянул на охранника, который прижимал пистолет к моей голове.

– Я бы убрал руку, – ледяным тоном сказал он. Не угроза, нет. Все в разы серьезнее. Мальчик напрягся, дрожа от ужаса, но продолжал выполнять приказ своего командира.

Оценив его реакцию, Уорик посмотрел на меня. Я смогла втянуть в себя воздух. Уорик был жестоким, холодным и диким. Его ярость приказывала мне пасть ниц и молить, чтобы меня уничтожили. Даже пистолет, приставленный к моей голове, не имел ни единого шанса против легенды.

Все солдаты теперь целились в Уорика. Сам мужчина показался из тени. На его спине висел тесак, который я видела, когда он сражался возле коттеджа моего отца.

– Не двигайся, Волк, – рявкнул Калараджа, его палец на курке не дрогнул. Вдали за Калараджей я приметила движение, но, когда взглянула вновь, ничего не обнаружила. – Эта пуля так и просится врезаться поглубже в твой череп.

– Правда? – прогромыхал он. Я и забыла, какой у него глубокий голос, который проникает далеко и рассекает все на своем пути. – Многие молят меня врезаться в них поглубже. – Его голос вызвал во мне возбуждение, я взглянула на мужчину, обнаружив, что смотрит он исключительно на меня. Тяжело. Опасно.

Хрясь!

Калараджа никогда не выжидал. Он выстрелил, а я вскрикнула. Уорик выгнулся, сорвав со спины свое оружие. Сдавленно зарычав, он сморщил нос. И, прежде чем кто-либо успел отреагировать, острая сталь опустилась. Ужас заглушил мой крик, лезвие пронеслось мимо моей головы, задев ухо.

Охранник взвизгнул, кровь брызнула мне на щеку, лязг металла сопровождал глухой удар тела о землю. Я посмотрела на отрубленную руку, упавшую на асфальт, и пистолет рядом с ней. Парень на земле вопил, отплевываясь и прижимая окровавленный обрубок к груди.

– Я тебя предупреждал, – прорычал Уорик, смотря на парня сверху вниз.

– Огонь! – приказал Калараджа.

И тут я поняла, что рядом с нами нет укрытия. Нас в разы меньше, и пуля должна была настигнуть меня в любой миг.

И Иштван победил бы.

Раздался одиночный выстрел, а затем…

БА-А-А-АХ!

Внедорожник Киллиана взлетел в воздух, как огненный шар, от взрыва нас отбросило на землю.