— Мне кажется, старина, как говорят американцы: мы по уши в дерьме, — закончил он.

— Нет, если не терять самообладания. Из Хитроу полно рейсов на Лондон. Вы сказали, они летят «Бритиш Эйруэйз»? Это четвертый терминал.

— Это так.

— Вы полетите «Эйр Франс». Они ведут посадку со второго терминала, правильно? Через час вы будете там. Из Хитроу вы сможете позвонить Валентину и Агнес. Предупредите их, чего им ждать.

— И что им полагается, если они отобьются от рук? — спросил Джагоу.

— Не отобьются. Это грозит им слишком большими потерями, — ответил Смит.

— Вы по-прежнему настаиваете на деликатном обращении с Иганом и женщиной Тальбот?

— Со всей определенностью.

— Хотите, чтобы я кокнул для вас Шелли, — предложил Джагоу с готовностью. — Я к тому, что он оказался порядочным занудой.

— Будьте благоразумны. Пристрелите вы Шелли, и на нас, по принципиальным соображениям, будет охотиться половина лондонской преисподней. Он национальное достояние.

— Ладно, но может мне его только немного подстрелить? — спросил Джагоу. — Чтобы подбодрить остальных, как говорят французы, если не ошибаюсь?

— Полагайтесь на свое благоразумие, будьте осмотрительны. Вас ждет большая премия в связи с этим делом.

— Ласкает слух, — сказал Джагоу. — Металл, презренный метал, как говаривала моя старая шотландская няня. — Он-то меня и погубит.

Он положил трубку. Не прошло и трех минут, как Джагоу уже спускался по лестнице в подземный гараж. Когда он выезжал на улицу в «спайдере», «мини-купер» еще стоял около дома Сары Тальбот, и Джагоу усмехнулся, проезжая мимо него.

Когда Сара спустилась, Иган говорил по телефону с Аланом Кроутером, сообщая ему последние новости.

— Это все, что ты от меня хочешь? — спросил Кроутер.

— Заберись во все системы, о которых можешь подумать. Не только Д15, но центральный архив Скотланд-Ярда. Посмотри, нет ли чего-нибудь на этого Смита.

— Особенно и начать-то не с чего. Имя слишком распространенное, как ты понимаешь.

— Но человек очень неординарный, или я ничего не понимаю. Мне пора бежать, Алан. — Он положил трубку и сказал Саре: — Хорошо, поехали. На этот раз, похоже, мы что-то сможем выяснить.

9

В Париже, в задней комнате «Прекрасной Авроры», Джагоу разговаривал с Валентином и Агнес.

— Могут возникнуть проблемы, — сказал Валентин. — Большие проблемы.

— Нет, если действовать разумно, — возразил Джагоу. — Они раскопали только один новый факт в дополнение к известным им раньше: что мальчишка говорил здесь, что он от Смита и спрашивал Агнес. Они даже не знают о твоем существовании, Валентин.

— Так что ты предлагаешь?

— Давайте подумаем. Мы имеем Агнес с судимостью за проституцию, которая делает то, что ей велит ее сутенер.

— Я не понимаю.

— Поймете. — Джагоу развернул «Пари Суар». — Здесь, на четвертой странице, помещено сообщение о дознании по делу Генри Леклерка, убитого во время перестрелки с полицией на прошлой неделе.

Валентин хрипло рассмеялся.

— Я хорошо знал этого сукиного сына.

— Здесь говорится, что Леклерк был известным гангстером, который имел судимость за вооруженное ограбление, распространение наркотиков и организованную проституцию. Здесь есть даже его адрес на Монмартре.