Еще не хватало, чтобы Коул решил, что она ведет себя так же, как и ее мать. Напротив, она должна убедить его в своей невиновности.

Но Коул, так ничего и не сказав, резко повернулся и вышел.

Вскоре до нее донесся звук отъезжавшей машины.

Она закончила пропалывать грядки и позвала Дерека на кухню перекусить. Едва войдя, они увидели на столе записку.

— Он уехал повидаться с матерью! — воскликнула Глэдис, прочитав послание Коула. Вид у нее был расстроенный.

Дерек взял из ее рук записку.

— Это хорошо или нет? — озадаченный ее реакцией, спросил он.

И действительно, мне следовало бы обрадоваться, одернула себя Глэдис. Тогда почему у меня возникло ощущение, будто меня бросили? Глупость какая-то!

— Решение откладывается, — сказала она, пытаясь объяснить другу свою реакцию. — Коул нарочно держит меня в подвешенном состоянии, словно…

— Словно томящуюся от любви деву? — подсказал Дерек, усмехаясь.

— Что ты хочешь сказать? — разозлилась она. — Если ты хотя бы на минуту допустил мысль о…

Но тот так удивленно посмотрел на нее, что она смутилась.

— Извини. Просто я злюсь. Мне хочется привести все в порядок немедленно, а тут…

— Полагаю, миссис Лиммерикс приедет сюда вместе с Коулом, — задумчиво произнес Дик.

Глэдис похолодела от ужаса.

— О Боже! — простонала она. — Тогда мне конец. Она никогда не согласится жить со мной в одном доме, потому что я буду напоминать ей о моей матери.

Дерек молча подошел к ней и неуклюже обнял.

— Ты можешь жить с нами, — великодушно предложил он.

— Спасибо, — растроганно пробормотала она.

Остаток недели Глэдис провела, слоняясь по усадьбе и всматриваясь в знакомые приметы дома и сада, словно желая запечатлеть в памяти каждую мелочь.

Со дня на день сюда приедет Коул со своей матерью, думала она, и для меня наступят трудные времена.

Но, даже понимая это, Глэдис с нетерпением ждала его возвращения. Каждый раз при мысли о нем сердце ее трепыхалось, как пойманная в сети птичка, потому что она вспоминала вкус его поцелуев и тепло объятий.

Этому не суждено повториться, горько вздохнула Глэдис. Уголки ее губ опустились, но она взяла себя в руки и продолжила загружать фургон овощами.

А может, все это и к лучшему, успокаивала себя она. Мы с Шоном переедем в поселок и начнем новую жизнь… Конечно, встречаться с Коулом, и его матерью будет неприятно, но что уж тут поделаешь…

Глэдис поджала губы. Она не хотела уезжать! Ей ненавистна была даже мысль о том, что Коул одержит победу.

Она забралась в кабину и тут же поняла, что с машиной что-то не так.

— Черт! — выругалась Глэдис себе под нос, спрыгнула с сиденья, обошла фургон и присела на корточки. — Ну вот, колесо спустило, а у меня нет запаски! Что делать?

В этот момент послышался шум приближающейся машины.

Глэдис чуть не застонала от досады. Наверняка это Коул со своей матерью! А я предстану перед ними потная, взъерошенная, с грязными руками…

Хлопнула дверца.

Покраснев как рак, она не подняла головы, но краем глаза увидела ноги в кожаных ботинках, которые остановились рядом.

— Значит, ты все еще здесь, — послышался недовольный голос Коула.

Глэдис пришла в ярость. Она резко вскочила, стукнулась о полураскрытую дверцу фургона и чуть не взвыла от боли.

— Ну и видок! — воскликнул Коул.

Зато у тебя — то что надо, вставая и протирая лицо старой тряпкой, подумала Глэдис.