Изменить размер шрифта - +
В месяцы, что он пребывал на пути к их новой свободе, этот мир казался просто бесконечным. Он пришёл к осознанию того, что практически все его ощущения и проистекающая из них тоска были следствием его собственной неадекватности. Верность этого осознания никак не повлияла на улучшение его состояния.

Казалось, что каждый из его новых товарищей умудрялся жить-поживать гораздо лучше, чем единственный человек, оказавшийся среди них. К примеру, их доброжелательных и общительных хозяев одинаково пленили сила и мощь туукали Браука, утончённость и чувственность его поэзии и пения. К тому же однообразные громоподобные концерты с исполнением героических саг и традиционных ритмических плачей туукали, которые наводили тоску на Марка и его друзей, пока они находились в заключении на борту захватившего их корабля виленджи, несомненно производили неотразимое впечатление на серематов. Подмечая эту притягательность, Скви высказала своё мнение о том, что принимающая сторона вовсе не отличается прогрессивностью.

Как всегда язвительная, к'эрему Секви'аранака'на'сенему подкрепила своё беспредельное хвастовство непринуждённой способностью к овладению новой культурой и технологиями, которые потрясли хозяев. Её спутники были менее поражены достижениями. В то время, пока они находились в плену на борту корабля виленджи, она не раз продемонстрировала, что её заявления об интеллектуальном превосходстве, вызывающие гнев и досаду, основывались на реальности, а не на пустом хвастовстве. Казалось, не существовало ни обстоятельств, ни окружения, в которых она не могла бы в самый скромный промежуток времени тщательно изучить ситуацию и незаметно втереться в доверие к кому угодно. Будто родилась среди них.

Если говорить о Джордже, сейчас, по воле случая, обладающая богатым опытом дворняга из обветшалого и убогого района Уинди-Сити уже подружилась со всеми в их группе. Хотя высоченная, сделанная из материала, имитирующего дерево, жилая конструкция была домом не только для серематов, но и для инопланетян, тех, которые не являлись обитателями Серематена, для Джорджа это не имело ровно никакого значения. Он обладал любознательностью исследователя, и общение с каждым, имеющим собственные независимые суждения, не важно, сколь странными или сомнительными они были, казалось ему увлекательной игрой. И редко когда разумное создание не отвечало любезно и благосклонно на вопросы виляющего хвостом, высунувшего язык пса с проникающим в душу взглядом.

Уокер, которому не были свойственны ни интригующая неуклюжесть Браука, ни исключительная способность Скви приспосабливаться, ни даже по своей сути милая и явно безобидная склонность Джорджа давать непрошеные советы, держался в стороне.

Пока эта четвёрка спорила и обсуждала возможные пути и способы вернуться в свои родные миры, что он мог сделать, чтобы показать как им, так и вежливым, обходительным серематам, что это более всего тяготит именно его?

В Чикаго Марк был товарным брокером, и чертовски хорошим. Вовлечённый в водоворот высшей, передовой галактической цивилизации, о существовании которой никто не подозревал, он вдруг, к своему ужасу, обнаружил, что избранная им профессия здесь более чем бесполезна.

Несмотря на то что торговля и коммерция не только имели место быть, но и процветали в его окружении, Уокер так и не разгадал секрета, как такой стопроцентный аутсайдер, каким он себя считал, мог участвовать в чрезвычайно сложном и стремительно меняющемся процессе. Редко выдавался день, когда он просыпался в своём жилище и не чувствовал себя бесполезным, неадекватным и ведущим бесцельное существование. Если друзья и замечали его депрессивное состояние, то были слишком благовоспитанны, чтобы высказываться вслух. Марк знал, что тонко чувствующий Браук подозревал, но, как истинный туукали, никогда не осмеливался комментировать очевидные душевные страдания друга, не заручившись прежде просьбой последнего дать совет.

Нет, в отсутствие быстро доступной помощи принять какие-то меры было в силах самого Уокера.

Быстрый переход
Мы в Instagram