— А я знаю все о твоих предках и ничего о тебе.

Было так сладко признаться в этом. Время летело. Поцелуи говорили гораздо больше, чем слова. Для Джейн жизнь снова стала прекрасной…

Но щенок заскучал и тихонько заскулил. Бесчувственные к его страданиям, люди не заметили беднягу, и тогда, чтобы привлечь к себе внимание, он вонзил острые зубки в свою хозяйку.

— Ах ты, озорной пес!

— Он не… — Рэй начал смеяться.

— Нет, он не намочил меня, не веселись. Он укусил меня. Ло сказала, что он ест твердую пищу, но, похоже, она скармливала ему людей. — Джейн потерла коленку. — Его зубы острые, как иголки. Он прокусил мне брюки.

— Он сам назвал себя, — рассмеялся Рэй. — Теперь ты обязана звать его Нипом. Пойдем, покажем его Марте.

— А она не будет возражать против щенка в доме?

Но вскоре экономка развеяла ее сомнения.

— Дети и собаки делают дом уютным, — сказала старая женщина.

Разве посмеет Джейн взять щенка с собой, когда уедет? Но сможет ли она оставить своего любимца?

Будут ли расти дети под крышей этого дома, дети Рэя? И кто будет их матерью? Значили ли что-нибудь его поцелуи, или это просто минутное влечение? Сегодня Рэй целовал ее так, будто она что-то значила для него. Но он не сказал ей, каковы его истинные чувства. Может, она лишь заменяет ему другую женщину, которая осталась в Штатах или в любом другом уголке земли?

Глава 6

Плитки прибыли на следующее утро. Когда Джейн закончила завтрак и покормила Нипа, они уже были сложены в штабеля на террасе, готовые к использованию.

— Отложи всю работу на сегодня и помоги мне с плитками, — попросил Рэй, и впервые Джейн с готовностью подчинилась ему.

Занимаясь физической работой, она надеялась отвлечься от ненужных мыслей, которые мучили ее всю прошлую ночь и которые не хотелось воскрешать этим ярким солнечным утром. Джейн начала работать, подавая Рэю плитки, которые он затем аккуратно прибивал к стене.

Какое-то время они работали молча, но молчание это было легким, дружеским. Потом Рэй остановился.

— Давай отдохнем минутку. Пойди попроси у Марты садовые перчатки. Они на кухне, я их видел, когда чинил шкаф.

— Зачем мне перчатки? — удивилась Джейн. — Я не собираюсь быть одновременно строителем и садовником. У меня не четыре руки. В любом случае, работа в саду не оговорена в нашем соглашении.

Рэй осторожно закрепил последнюю плитку, которую она ему передала, взял ее руки в свои и перевернул их ладонями вверх.

— Я хочу защитить твои руки, а не погубить их работой в саду. Плитки неровные и шероховатые. Они поранят твою кожу, если ты не оденешь перчатки.

— Но ты без перчаток.

Рэй улыбнулся.

— Мои руки грубее твоих.

Он наклонился и коснулся губами ее ладоней.

— Смотри, на них уже появились красные пятна.

Ее ладони горели от его поцелуев, и сердце учащенно билось, как у испуганной лани. Рэй привлек ее к себе и прошептал:

— Теперь ты послушаешься меня, упрямая девочка?

Как она могла возразить, если его губы прижались к ее? Как она могла идти к Марте, когда его руки не давали ей сделать этого? Он, дразня, обвел кончиком языка контур ее рта, заставляя забыть обо всем на свете.

Громкий звук упавшей плитки и визг испугавшегося Нипа вернул их к действительности. Рэй отстранился от Джейн и сказал внезапно охрипшим голосом:

— Иди и возьми перчатки, пока я не забыл, что собирался делать, и начни складывать плитки лицевой стороной вниз.

Она, смеясь, убежала за перчатками. Нип вертелся у ее ног.