— Доставь Шелби к генералу Ламберту! И позаботься, чтобы этого типа повесили!

— Нет! — Оливия вырвалась из рук Буллока и всадила ему нож в бедро. Не ожидавший нападения, он вначале несколько растерялся, но тут же пришел в себя и наотмашь ударил женщину по лицу рукояткой пистолета. Английский солдат направил было мушкет на Шелби, но тот отбил ствол, пуля ушла в ковер, и оружие упало на пол.

Англичанин и американец сцепились и закружились, так что Буллок не решился стрелять, опасаясь поразить солдата. Сбитая с ног Оливия пыталась встать, но перед глазами плыли круги и голова раскалывалась от боли. Женщина все еще сжимала в руке нож и хотела выждать, когда удастся всадить его в Буллока, но он вдруг двинулся куда-то, приволакивая ногу и оставляя за собой кровавый след.

С трудом Оливия поднялась, переводя взгляд с Сэмюэля и солдата, молотивших друг друга кулаками, на Буллока, и внезапно поняла, что он задумал. Он направлялся к спальне Дэвида! Хватаясь за стену, чтобы удержаться на ногах, она устремилась следом. Теперь у нее не оставалось сомнения. Ричард Буллок окончательно сошел с ума. Оливия нырнула в кабинет в тот момент, когда Буллок открыл дверь в противоположном конце длинного коридора.

Буллок жестом велел стоявшему возле кровати солдату отойти в сторону и направил дуло пистолета на ребенка, который съежился под одеялом и смотрел на вошедшего огромными глазами — глазами Шелби.

— Где моя мама? — бесстрашно спросил мальчик и вновь засунул в рот палец.

Англичанин в ужасе вытаращил глаза, сообразив, что намеревается сделать Буллок.

— Пошел вон! Лучше помоги Брейди, идиот! — прорычал в ответ Буллок, срывая с постели одеяло. Дэвид застыл, инстинктивно почуяв нависшую над ним опасность. Каким-то образом даже сквозь грохот канонады Буллок услышал щелчок взведенного курка — и это было последнее, что он услышал перед смертью. Пуля пробила спину и вошла в сердце. Буллок камнем упал на пол. Оливия опустила один дуэльный пистолет, из которого еще струился дымок, и направила дуло второго в грудь англичанина:

— Прочь от моего сына. Я не делаю промахов.

У солдата судорожно задергался острый кадык, лицо покрылось мертвенной бледностью. Подняв вверх руки, англичанин пробормотал:

— Он совсем спятил, мэм. Я бы никогда не причинил вреда ребенку.

— Война закончена, ваша армия разбита и отступает. Предлагаю вам присоединиться к своим товарищам, — сказала Оливия, не обращая внимания на плачущего Дэвида. Ей хотелось как можно скорее выпроводить солдата из спальни. Она махнула пистолетом на дверь и вышла следом за англичанином в переднюю, откуда все еще доносился шум борьбы.

Еще один солдат ввязался в драку, и Сэмюэль вел кулачный бой над телом первого противника, потерявшего сознание. Оливия забрала оружие у своего пленного, подтолкнула его в спину дулом пистолета и скомандовала:

— Скажи своему приятелю, что пора сдаваться.

Прежде чем он успел открыть рот, Шелби уклонился от прямого встречного удара, резко и сильно двинул противника в живот, а когда тот скрючился, добавил по шее сжатыми в замок руками, и англичанин мешком осел на пол. Полковник подобрал свои пистолеты, которые пока так и не удалось пустить в ход, оглянулся, увидел еще одного солдата и в ярости набросился на него, угрожая пистолетом:

— Где они? Где моя семья?

Он не заметил Оливии, стоявшей за спиной высокого англичанина.

— Мы целы и невредимы, Сэмюэль. Буллок мертв. Все кончено, — сказала Оливия, выступая вперед.

Как бы подтверждая ее слова, вдали смолкла артиллерийская канонада и затих треск ружейной стрельбы, стало слышно, как в доме жалобно плачет ребенок. Сэмюэль держал под прицелом пленника Оливии, пока его товарищи не заворочались на полу.