— Благодарю за лестное предложение, но я провел весь день в седле и очень устал, а завтра мне рано вставать, — вежливо ответил Шелби, роясь в кармане в поисках монеты, чтобы отблагодарить девушку.

— Но хоть пива-то вы выпьете? — спросила девушка с надеждой в голосе. — Это поможет быстрее заснуть.

Полковник принял кружку и вручил девушке монету, заметив с брезгливостью грязь под ее сломанными ногтями, когда она протянула руку за деньгами и спрятала монету за вырезом платья перед тем, как уйти.

Поставив на пол пивную кружку, Шелби сел на кровать и принялся стягивать сапоги, невольно прислушиваясь к храпу постояльцев, разместившихся в соседних номерах по обе стороны длинного коридора. Высвободив одну ногу, полковник отхлебнул из кружки, нашел пиво недурственным и подумал, что немного спиртного действительно поможет быстрее заснуть. Потом обратил внимание на второй сапог, перепачканный грязью, и выругался. Искать чистильщика сапог в этих диких местах, естественно, было бессмысленно, и следовало привыкать к отсутствию комфорта и благ цивилизации, сказал себе полковник с улыбкой. Второй сапог поддавался с трудом, и, когда Шелби удалось его наконец стянуть, сапог отлетел и сбил пивную кружку. Струганный из досок пол жадно впитал влагу.

Шелби обозвал себя растяпой, но переживать не стал: невелика потеря. Он поднялся и, мягко ступая ногами в носках, прошел к умывальнику, где на шаткой деревянной подставке размещались видавший виды таз и кувшин с чистой водой. Полковник быстро помылся, юркнул под стеганое одеяло и почти моментально уснул. Во сне ему привиделись зеленые кошачьи глаза и огненно-рыжие волосы.

Проснулся он несколькими часами позже — от скрипа отодвинутого в сторону тяжелого кожаного полога. Особенности его опасного занятия приучили Шелби спать вполглаза, даже когда он смертельно уставал, и никогда не ложиться в постель, не имея под рукой оружия.

Полковник вгляделся в полумрак комнаты, слабо освещенной проникавшими через щели в бревенчатой стене лучами луны. Правой рукой он нащупал пистолет, лежавший возле кровати. В тот момент, когда пальцы коснулись рукоятки, над горлом сверкнуло лезвие кинжала.

Не успев схватить пистолет, Шелби увернулся от удара и крепко сжал кисть нападавшего. Не давая опомниться противнику, полковник вскочил на ноги и повалил его на пол. Они покатились к стене, работая кулаками. Непрошеный гость был меньше ростом, но проявил недюжинную силу и изворотливость. Он пытался высвободить руку с кинжалом, которую удерживал Шелби, а тот свободной рукой колотил противника в грудь.

Видимо, его удары угодили в цель, и нападавший издал стон, но в ту же секунду раненую руку Шелби будто обожгло огнем. Противник впился ногтями в едва затянувшуюся рану, разодрав рубец, и от острой боли, пронзившей все тело, полковник едва не ослабил свою хватку, но сцепил зубы и несколько раз ударил руку с кинжалом об пол. Ладонь разжалась, и оружие отлетело в дальний угол комнаты.

Шелби попытался нанести решающий удар, однако незнакомец вывернулся, кувырком ушел в сторону, вскочил на ноги и скрылся за кожаным пологом. Подобрав с пола пистолет, Шелби бросился в погоню, но в коридоре уже никого не было. К тому времени, когда полковник скатился вниз по узкой лестнице, пробежал через пустынный бар и выскочил во двор через полуоткрытую входную дверь, глазам его предстала смутная фигура верхом на коне, исчезающая в лесу.

Пускаться в погоню ночью по незнакомым леситым холмам было опасно и скорее всего бесполезно. К утру ночной гость будет уже на полпути к Вашингтону. К тому же давала о себе знать раненая рука, поврежденная в схватке. Он ощущал, что рана начала кровоточить. Надо немедленно промыть и перевязать ее.