В одном Джетро был, безусловно, прав: ни ее, ни его нельзя было назвать счастливыми и радостными.

Коулт внимательно разглядывал толпу гостей, пока не заметил Кэти, как обычно, хлопотавшую возле стола с угощениями.

Когда очередь поздравляющих поредела, Коулт подошел к Кэсси и Теду. Она представила его своему будущему мужу. После той ночи Коулт впервые разговаривал с ней, если не считать короткой встречи накануне утром, и ему сразу стало ясно, что ей неловко. Он поздравил Макбрайда с возвращением домой, затем выразил сожаление, что не сможет присутствовать на их свадьбе, так как вскоре покидает их городок.

Макбрайд был вежлив и, в свою очередь, поблагодарил Коулта за то, что тот замещал шерифа, пока Джетро был болен. Коулт должен был отдать должное Макбрайду за проявленные им такт и обходительность, однако в поведении Теда чувствовалась нервозность, Коулт немедленно это заметил. Макбрайд испытывал неловкость и явно избегал встречаться с Коултом взглядом. Была ли это застенчивость, обусловленная чувством своей ущербности, или Кэсси рассказала своему будущему мужу о своих отношениях с помощником шерифа? Приняв и то, и другое во внимание, Коулт с облегчением прошел дальше.

Он направился к тому месту, где Кэти разливала кофе и раскладывала десерт.

– Добрый день, мисс Кэти. Я решил осведомиться у самого главного здешнего кулинара, какой десерт вы мне посоветуете попробовать.

– Полагаю, что такому взрослому мальчику, как вы, можно попробовать все из выставленных здесь угощений. Но, зная, что вы любите яблочный пирог, советую взять пудинг с яблоками.

Хотя она старалась казаться веселой, глаза у нее были опухшими, как будто она плакала.

– Джетро сказал мне, у вас дома все так возбуждены, что он не прочь перейти ночевать в тюрьму.

Она звонко рассмеялась.

– Он так сказал на самом деле?

Коулт усмехнулся:

– Ну не совсем так. Он сказал, что опять начинает работать с завтрашнего дня. Как ты думаешь, он достаточно окреп?

– Док Уильямс уверяет, что да. Старый милый ворчун понемногу опять становится самим собой. – Ее лицо озарила нежная улыбка. – Но тогда мы теряем вас, Коулт.

– Что поделать. Я с удовольствием провел здесь время, но мне пора двигаться отсюда. Я более чем уверен, что у вас также многое переменится, когда Кэсси выйдет замуж.

Он снова увидел, как в ее глазах блеснула грусть.

– Да, от былого не останется и следа. Я подумала, может, мне съездить на Запад. Я очень много слышала о таких городах, как Сент-Луис, Чикаго, Нью-Йорк, я там никогда не бывала. А ваши планы, Коулт? Вы намерены поселиться в Калифорнии или все-таки вернетесь обратно домой, в Виргинию?

– Когда-нибудь я надеюсь вернуться домой. Только нечто из ряда вон выходящее может помешать мне в этом намерении.

– Или некто, – заметила Кэти.

Он поднял свою чашку в знак одобрения:

– Верно. А не случится ли так, что некто удержит и вас от возвращения в Арена-Роха?

– Хотелось бы надеяться. – Она бросила взгляд в ту сторону, где Кэсси и Тед беседовали с доктором Уильямсом. – Что, впрочем, сомнительно.

К Коулту подошла неразлучная троица. Боуи спросил:

– Это правда, что вы уезжаете от нас дилижансом в следующий четверг?

– Как быстро здесь распространяются новости.

– Так уезжаете? – спросила и Сэм.

– Полагаю, да, Красотка.

– Ну вот, вы уезжаете в четверг, а в следующую субботу Кэсси выходит замуж. Город уже не будет прежним.

– Ну, у вас остается Джефф, с которым вы будете по-прежнему воевать, да и Кэсси выходит замуж, а не уезжает из городка.