– Александра, умоляю, поезжай к моему сыну, Джейкобу. Он живет вместе с дедом, Ламаром Джармоном, на ранчо Бар-Джей, в южном Техасе, недалеко от города Корпус-Кристи.

Она немного подождала, тяжело дыша и набираясь сил.

– Скажи ему, что ты наполнила счастьем мои последние дни и что я отошла с миром. Тебе не следует быть одной, Александра; женщине такая жизнь не годится. Кто лучше меня знает это? Мужчине тоже очень плохо оставаться одному... особенно моему дорогому Джейкобу.

– О, Элинор, конечно, я немедленно отправлюсь в Техас, но не знаю, как отнесется к моему появлению Джейкоб.

Элинор чуть заметно улыбнулась.

– Милая, любовь – это такая тайна, но все же я чувствую, что судьба не зря привела тебя в наш дом. Найди Джейкоба. С ним ты будешь в безопасности. Этот мир жесток и безжалостен к женщинам, Александра. Если у вас ничего не получится, так тому и быть, но ради меня и ради вас обоих все-таки попытайся.

Элинор закрыла глаза, содрогаясь от едва сдерживаемого кашля. На лбу выступил пот, но больная смогла овладеть собой.

– Передай, что я горячо любила его до самого смертного часа и что дед вспоминал о нем, умирая.

Пусть Джейкоб не забывает, что в его жилах течет кровь могучих норвежских предков.

– Я сделаю, как вы просите, Элинор, и если сумею чем-нибудь помочь вашему сыну, обещаю, что он может на меня рассчитывать.

Ослепительная улыбка озарила лицо женщины.

– Теперь я могу спокойно умереть, Александра.

– Элинор, не покидайте меня, пожалуйста. Мы вместе поедем в Техас.

– Нет, дорогая, часы моей жизни вот-вот остановятся.

Девушка беспомощно огляделась. Господи, еще хотя бы ненадолго обмануть смерть!

Дверь открылась, и вошли Жиль и Эбба. Элинор подождала, пока они подойдут ближе, и с усилием выговорила:

– Эбба, ты знаешь, где моя шкатулка для драгоценностей. Принеси ее сюда.

– Сейчас, мисс Элинор, – кивнула служанка, торопливо направляясь к выходу.

– Жиль, я хочу поблагодарить тебя за все, что ты для меня делал эти долгие годы, которые мы прожили вместе. Ты стал для меня вторым сыном, и если когда-нибудь окажешься в беде, немедля отправляйся к брату и деду в Техас. Они с радостью примут тебя и помогут.

Жиль улыбнулся, хотя глаза оставались ледяными.

– Спасибо, Элинор, но мне не нужна их помощь. Я ценю все, что ты для меня сделала. Искренне жалею, что ты не смогла уехать вместе с Джейкобом. Мы будем скорбеть по тебе.

Элинор опустила веки. Она знала Жиля лучше, чем кто бы то ни было. Он креол, настоящий южанин, не то что ее сын. Жиль выживет и еще успеет разбогатеть. Беда в том, что при этом он не погнушается пойти по трупам. Но это теперь ее уже не касается. Она должна думать об Александре и Джейкобе.

. Запыхавшаяся Эбба торжественно поставила шкатулку на кровать.

– Вот, мисс Элинор, принесла. Только здесь почти ничего не осталось – все продано.

– Спасибо, Эбба. Я сберегла брошь и медальон, дорогие мне по воспоминаниям. Вынь их, пожалуйста. И возьми брошь себе. Ты была мне верным другом все эти годы. Это фамильная драгоценность, принадлежавшая моей семье.

– О нет, мисс Элинор, я не могу...

– Не спорь, Эбба. Бери ее с моим благословением.

– Спасибо, мисс Элинор, спасибо. Я никогда с ней не расстанусь, – выдохнула Эбба и, залившись слезами, заковыляла прочь.

– Александра, это самая дорогая для меня вещь. Наследство отца.