|
Менялись на съемные рамы окон в ходовой рубке, не выдерживавшие стрельбы, устанавливали жалюзи для светомаскировки, двери рубки снабжали резиновым уплотнителем. Нуждался в понижении, хотя бы частичном, настил пола в боевой рубке. Полному понижению решетчатых люков пола мешали проложенные иод ним переговорные и другие трубы. Мало продуманным оказалось и назначение помещения вблизи кормовой рубки и нижнего кормового мостнка. Превращение его в укрытие для сигнальщиков требовало соответствующей теплоизоляции, что, как и все предыдущие работы, составляло сверхсметный расход и подлежало оплате казной. За свой счет завод соглашался исполнить лишь частные улучшения: установку грелок парового отопления в штурманской рубке, стеклянную доску в фотографической каюте, освещение тумб и штурвалов и машинных телеграфов в ходовой и боевой рубках, указателей в помещении паровых штурвалов, защитного кожуха переключателя от кормового шпиля в центральный пост и т. д.
За дополнительную плату завод соглашался установить электрический (в придачу к тросовому) привод к золотнику паровой рулевой машины. За счет казны следовало заказать Ижорскому заводу и дополнительные запасные звенья штуртросовый цепи. Она, как обнаружилось, сильно перетиралась при работе. Соглашаясь с мнением судового начальства о ликвидации явно анахроничного ручного рулевого управления с пятью огромными штурвалами, завод считал достаточными имевшиеся паровую машину, электрический привод и аварийный привод от двигателя кормового шпиля. Дополнительную же паровую рулевую машину, не предусматривавшуюся сметой, завод соглашался установить по дополнительному наряду. Решение МТК состоялось журналом № 2 от 14 января 1906 г. за подписью С.К. Ратника, но оставалась нерешенной проблема запасного штурвала. Так по каждой мелочи заводу приходилось "выбивать" оплату всех своих неисчислимых сверхсметных работ. И еще неизвестно, было ли оплачено изготовление запасного штуртроса. Казна, особенно в то безденежное после войны время, не упускала случай отнести свои расходы на счет завода. Решение о включении "Славы" в особый отряд для плавания с корабельными гардемаринами состоялось в начале 1906 г., когда еще в феврале-марте комиссия под председательством вернувшегося из плена к должности начальника ГМШ З.П. Рожественского обсуждала проекты формирования отряда и программ подготовки корабельных гардемаринов. 30 апреля командир капитан 1 ранга А.И. Русин (1861-1956, Касабланка), сообщая в МТК о предстоящем назначении "Славы", просил С.К. Ратника передать на корабль те издания МТК, с которыми было бы "полезно ознакомить будущих офицеров флота, будущих инженеров-механиков, будущих корабельных инженеров". Их численность на корабле составит до 60 человек. По указанию С.К. Ратника на "Славу" послали по 5 экземпляров двух книг: Д. Боярского "Практическое руководство по постройке учебных судов" и Н. Кутейникова "Из боевого опыта корабельного инженера под Порт-Артуром". Третью книгу "Курс корабельной архитектуры" (т. 1, вып. 1-5) Г. Шлезингера предлагалось приобрести в ГМШ, т.к. в МТК свободных экземпляров (кроме предназначенных для бесплатной раздачи корабельным инженерам) не осталось. Названные издания обобщали все отечественное судостроение, имели исключительно познавательную ценность и были наиболее близки к действительно необходимым для гардемаринов пособиям. В то же время они составляли лишь ничтожную долю того литературного наследия, которое за 40 лет было накоплено отечественным судостроением и которое отчасти отражено в настоящем труде и других работах автора. Было чрезвычайно важно, чтобы в МТК составили перечень всех имевших особенно значительную ценность книг и газетно-журнальных статей, позволявшим гардемаринам и офицерам ознакомиться с уроками и опытом прошлого. Нельзя было пройти мимо книги лейтенанта М.А. Беклемишева "Специально минные суда" (С.-Пб, 1898), альбома "Чертежей миноносцев русского флота" (С. |
