– А что, если кто-нибудь видел, как вы печатали это?

Она покачала головой.

– Маловероятно. Принтеры работают постоянно, а люди заняты только своей работой. – Лаура говорила, не переставая перелистывать страницы. – В последний раз я его видела, – сказала она вдруг без видимой связи с предыдущим, – в каком-то ресторане, знаете, из тех, где вам приносят горячие булочки завернутыми в полотно, а счет вкладывают в папку из телячьей кожи с тисненым гербом.

Дикон рассказал ей о своей встрече с Лоусоном еще до того, как она усыпала пол распечатками.

– Один раз его вызвали к телефону. В трубку он наговорил больше, чем сказал за весь вечер. В ресторане нас было четверо. Когда расплачивались, Руперт выписал чек ровно на четверть стоимости ужина.

– Вот так богатые становятся богатыми.

– Вот так богатые остаютсябогатыми. Бог знает, что Кэйт нашла в нем.

– Может быть, именно это.

– Что «это»?

– Деньги.

Лаура посмотрела на Дикона и уже открыла рот, чтобы возразить, но остановилась.

– Да... – медленно протянула она. – По правде говоря, я никогда не думала об этом. – И она снова принялась за распечатку. – Я думаю, вы вполне можете быть правы, – сказала, она упавшим голосом.

– Как хорошо вы зналиКэйт? – спросил Дикон.

– У меня и раньше были соседи по квартире. Обычно они менялись. Только один мужчина мне нравился по-настоящему, с ним мы остались друзьями до сих пор. Я старалась выбирать таких, кто вовремя платит за квартиру и с кем можно нормально сосуществовать. С Кэйт все было по-другому: мы действительно любили друг друга. Меня беспокоило то, что работаем мы тоже вместе и, значит, быстро устанем друг от друга, если будем видеться целый день. Но все было прекрасно. Хорошо ли я ее знала?.. – Она перестала просматривать страницы, и на мгновение ее взгляд затуманился. – Трудно сказать. Мы думаем, что знаем наших друзей, верно? Друзей, братьев, сестер, любовников, родителей. Нам хочется так думать. – Ее голос стал тише. Казалось, она о чем-то вспоминает. – Вся наша жизнь построена на этой вере. Мы делаем то, что делаем, думаем то, что думаем, планируем то, что планируем, даем то, что даем, – и все это исходя из наших собственных представлений о другом человеке.

Дикон подумал, что его вопрос задел ее за живое. Он ждал продолжения, но Лаура снова занялась лежащими на полу бумагами.

– Что бы там ни было, – сказала она, – будь это даже деньги, он все равно ее не стоил. Я говорила вам, что он – зануда и напрасная трата времени.

– И то и другое совершенно справедливо, – согласился Дикон.

– Все. – Она выпила вино.

– Пусто?

– Если что-то там и было, то сейчас этого нет.

– И это означает, что...

– Оно было стерто.

– Но не обязательно с целью?

– Не обязательно. После того как след больше не нужен, его стирают. А Кэйт, как мы знаем, этого не сделала. И компьютер повис.

– И она написала в календаре слово «след» со знаком вопроса.

– Правильно. И кроме того, очистила компьютер.

– Но, очищая память, она стерла результаты отслеживания.

– Не обязательно. Кэйт стерла файлысо следами – то есть те записи, которые забивали «соты». Однако она могла оставить след в личном файле, но она, похоже, этого не сделала.

– Если след существует, то где он может находиться? Лаура вздохнула.