|
Хорошо еще, что супружница ни о чем не ведает. Не то чтобы Анатолий Михайлович особенно боялся своей женушки. Напротив, он даже подозревал, что, выбирая между ним и дочерью, она выберет именно его, потому что Анатолий Михайлович олицетворял самую ценную вещь в мире – материальное благополучие. Никто больше не даст пожилой домохозяйке того, что давал ей супруг. Рядом с холодильником “Стинол” и телевизором “Сони” родительская любовь – величина второго порядка малости. Но Анатолий Михайлович был добрым человеком и не хотел причинять любимой жене душевное неудобство. По официальной версии Надя погибла пять лет назад – зачем же ворошить старое и заставлять немолодую женщину вновь обретать свое дитя и вновь его терять? А в том, что Надя и ее друзья обречены, у Анатолия Михайловича не было сомнений.
Когда секретарша попросила начальника взять трубку, он почувствовал, как капли пота мгновенно выступили на лице и шее. “Да”, – сказал почти автоматически. И тут же услышал грозный рык “самого”. – Что ж так облажался, Толя?! Твоя дочурка в подлые игры играет, а ты ушами хлопаешь. – Помощники, ну их в душу… – попытался отбиться от наезда начальника Анатолий Михайлович. – Я, как оговорено было… – Оговорено! – передразнил шеф. – Ты на оговоры-то не ссылайся. Ты же всех подставил! Или позабыл, что за птица этот Гамаюн? Его давным-давно надо было раздавить, как клопа. Я надеялся, что он сдох. А он оказался живучим. Так что разговор тут короткий. Или не понимаешь? Мочить его надо, мочить! Почему шеф так любит блатные словечки? В молодости его любимыми словами были “синхрофазотрон” и “гамма-излучение”, ну а теперь он по любому поводу повторяет “подставили” и “заказали”. – Понимаю, – промямлил Анатолий Михайлович. – Ну а коли понимаешь, так действуй, – небось лучше всех нас знаешь, где дочурку твою можно сыскать. – Контакты уже проверяются. Контакты – это две прежние Надины подруги и ее школьный ухажер, ныне неприкаянный пропойца, живущий подачками состоятельных друзей и бывшей любовницы. Анатолий Михайлович понимал, что контакты эти – миф. Ненастолько Надя глупа, чтобы податься к подобным людишкам, которые ничем ей не могут помочь, а только быстренько заложат, как говорится, по зову души и сердца. Выл, конечно, риск, что Надя попытается связаться с матерью. Что тогда скажешь? Дура баба, и пусть пеняет сама на себя. Во второй раз он ее спасать не собирается. Вчера вечером, когда Надя передала ему бумаги и попросила зайти в клуб, он в ответ тихонько шепнул: “Беги отсюда”. А ведь было у него с боссом и присланными им людьми уговор, что он заведет Надю внутрь и там ее тихо и без шума возьмут. И, даже идя на встречу с приемной дочерью, был уверен, что исполнит то, что угодно начальству. Но как-то само собой получилось, что ослушался. Он и сам не понял – как и почему. Будто кто-то вместо него прошептал предостерегающее “беги”. Надя, умница, все поняла, улыбнулась на прощание и с независимым видом двинулась по тротуару. Тут из толпы выскочил широкоплечий мужчина лет сорока, ухватил ее за руку, и вдвоем они мгновенно исчезли, будто сквозь землю провалились. Через минуту на другой стороне площади поднялась суета, кто-то истошно закричал и – как показалось Анатолию Михайловичу – раздался выстрел. Но, будучи человеком цивильным, он мог и ошибиться. К тому же в тот момент он уже сидел в машине шефа и совал в требовательную короткопалую ладонь полученные от Нади странички. С листками теми тоже вышла незадача. Когда Надя ему свои записки отдавала, то он точно заметил, что страницы исписаны от руки знакомым мелким почерком. Правда, как-то странно исписаны, не плотно, а кусками. |
