|
- Главное, что предъявить тебе ему нечего. Самое слабое место было - хата паромщика. - Почему "было"? - Сгорела хата,- хмыкнул Кацуба.- Позавчера. Такое вот вышло невезение. То ли шаровая молния залетела, то ли произошло самовозгорание поленницы. По-уче-ному - полтергейст. Ясно? - А утром ты мне этого сказать не мог? - недружелюбно бросил Мазур. Кацуба фыркнул: - Может, тебе и жопу на ночь? Ты, блядь, будешь веселиться, вендетту устраивать во глубине сибирских руд, а мы тебе - нервишки успокаивать? Нет уж, надо было, чтобы у тебя серые клеточки заработали со страшной силой, чтобы ты извертелся весь, убедительные оправдания выдумывая...-Он пригладил кошачьи усики ногтем большого пальца.- Считай, что это тебе было вместо строгача с занесением по партийной линии - надо ж чем-то компенсировать отсутствие парткомов, легоньким моральным террором разве что... - Сука ты, майор,- сказал Мазур беззлобно. - А то,- кивнул Кацуба.- Должность такая. Ты еще с генералом не общался, в роли проштрафившегося, Глагол бы тебе выписал впечатлений на всю оставшуюся жизнь... Словом, нету больше твоих пальчиков у паромщика, поскольку нету хаты. И не был ты там никогда. - А пижманские менты их снять не могли? По горячим следам? - То-то и оно, что не сняли,- сказал Кацуба.- Там тебе не Скотланд Ярд, там провинция а натюрель... Ладно, шагай и ухо востро держи... Мазур кивнул, вылез из машины и быстро поднялся по грязным ступенькам. Его уже ждали - навстречу моментально шагнул парень лет тридцати с неприметным лицом и, невнятно пробормотав звание и фамилию, скороговоркой спросил: - Гражданин Мазур? Но спросил явно проформы ради, судя по тону, дол-жен был знать Мазура в лицо. Возможно, и был на том допросе в областном УВД - Мазур тогда не особенно приглядывался к лицам, все они выглядели близнецами, и не было ни нужды, ни желания их запоминать... А вот полковника Бортко Мазур никогда прежде не видел, но опознал моментально: по экстерьеру. Вряд ли их тут имелось двое, таких. Медведеобразный верзила в штатском сидел, отодвинувшись от стола насколько возможно - стол ему был определенно мал, как и сама комнатка, довольно спартанского стиля, украшенная лишь ярким плакатом-календарем с изображением ушастого русского спаниеля и большим прямоугольным зеркалом в довольно новенькой деревянной раме. Провожатый, стараясь двигаться как можно тише, поставил себе стул в углу и примолк там. Бортко, неуклюже обогнув стол, вышел навстречу Мазуру. Физиономия у него была самая что ни на есть простецкая - хоть сейчас засылай тайным агентом к пьющим слесарям, никто и не заподозрит внедренки. Причем, что интересно. Мазур не подметил и тени лицедейства - а это означало, что лицедейство было высшего класса, маска попросту приросла к лицу. |
