— Спасибо, если можно, я закурю?

Она услышала знакомый голос, и все тело ее покрылось мурашками. Женщина разговаривала с Юзом голосом ее подруги, Веры Ащепковой!

— Езеф, мне надо с вами поговорить... Тот браслет, который я принесла, чтобы вы продали его... Я решила его забрать обратно.

— Но почему? Я как раз нашел клиента, который купил бы его за две тысячи...

— Вы получите за работу и за хлопоты, но браслет я все-таки заберу.

— Но вы не можете так поступить со мной! — вскричал Юз. — Как я смогу объяснить клиенту, почему не могу продать ему браслет? У меня репутация! Клиентура! Да я сам лучше заплачу вам, только оставьте браслет. И вообще, вы хотя бы объяснили, в чем дело.

— Браслет бракованный, в нем не хватает двух звеньев. Я нашла человека, который мог бы отреставрировать его, и тогда я бы продала его за большую сумму.

— Вы лукавите. Вы нашли покупателя?

— Езеф, у меня на руках квитанция, и вы обязаны вернуть мне браслет. Не гневите Бога, отдайте мне мою вещь и получите свои комиссионные. Я очень спешу.

— Тогда предлагаю вам сделку, — сказал Юз, понизив голос. — Я сам куплю у вас этот браслет.

— Нет-нет, ничего не получится. Ко мне человек приехал, он ждет меня дома, я не могу его подвести.

— Но вы можете ему сказать, что браслет уже продан, такое же могло случиться?

— Но он не продан. — Вера отчаянно торговалась, и Рита, слушая их разговор, чувствовала, как ее начинает подташнивать от всего того, что она уже не могла вынести физически. Вера и Юз — это не укладывалось в больной голове и требовало объяснения. — Верните мне его.

— Хорошо, сколько вы за него хотите.

— Ну ладно, вы сами напросились. Значит, так, это не простой браслет. Мой знакомый, кстати ваш клиент, привез мне из Польши альбом о Матильде Кшесинской. Так вот, я увидела там тот самый браслет, который достался мне от моей бабушки. Дело в том, что она почти тридцать лет прожила в Ялте, как раз в то время, когда там скрывалась Кшесинская. Думаю, что балерину ограбили, а ее украшения, которым не было цены, бандиты распродали за бесценок, и вот этот браслет каким-то чудом оказался в нашей семье. Вы понимаете вообще, кто такая Матильда Кшесинская и какие драгоценности носила? Она же была возлюбленной самого Николая Второго!

— Вы, наивная, думаете, что я в это поверю?

— Взгляните сами.

Вера, судя по звукам, достала альбом, и Юз принялся его листать.

— Это в самом конце. Вот, видите?

— Хорошо. Сдаюсь, я и сам уже понял, что это за браслет, но у меня на него есть хороший покупатель. Не думаю, что вы найдете человека, способного с ходу выложить за него... пятнадцать тысяч...

— Сколько? У меня его берут за сорок! Езеф, я вас умоляю. Зачем вам портить со мной отношения, если можно договориться? Верните мой браслет и получите свои комиссионные. Это мое последнее слово. Иначе у вас будут неприятности, вы меня знаете...

— Я покупаю его у вас, скажите свою цену...

— Сорок, — выпалила Вера. — Сорок, и точка.

— Тридцать пять.

— Говорю же: сорок.

— Хорошо, сорок... — упавшим голосом проговорил Юз. — Деньги можете получить прямо сейчас.

— Нет, я передумала. Сорок пять, — взвилась Вера. — Я же сказала, что мне заплатят сорок пять...

— Сорок, и ни гроша больше...

— Езеф... Вы хотите сказать, что у вас прямо сейчас есть такие наличные?

— Сорок, — повторил ювелир и тяжело задышал. — Пишите расписку.

Рита слышала, как он подошел к сейфу, за которым она сидела, и принялся набирать код. Что-то звонко, металлически щелкнуло, сыто скрипнула дверца, и зашуршали банкноты.