|
Этакий белый кокон, обмотанный трубками. Саша увидел у нее чуть пониже шеи марлевый квадрат, приклеенный к коже пластырем крест-на-крест, придерживающий у артерии трубку с прозрачной, поступающей из капельницы жидкостью. Рита не слышала, как они вошли, а потому даже не открыла глаз. И хотя Саша был немного подготовлен к бинтам и трубкам, но, увидев страшные гематомы под глазами — результат разбитой головы, содрогнулся. Он не понимал, за что Рите посланы все эти страдания. Мало ли женщин уходит от своих мужей, но почему же именно Рите судьба посылает такие испытания? К тому же, продолжал он оправдывать хотя бы в своих глазах Риту, она поступила честно, придя к Араме и попросив развода. Она не лгала, не изменяла тайно, а просто сказала, что любит другого. Или пусть даже и не любит, но все равно из них двоих выбирает этого проклятого грека...
Саша подошел к кровати и позвал Риту. Она сразу же открыла глаза. Увидев Сашу, сразу зажмурилась и покачала головой, словно ей стало больно. — Ты можешь говорить? — прошептал он. — Говори немного громче, она не слышит из-за бинтов... — посоветовал ему Сергей. — Рита, ты можешь говорить? — Да... — Она разлепила губы, и слезы снова покатились из глаз. — Саша... Пришел... Не плачь... я в п-порядке... «Господи, как же и когда она узнает об Оскаре? Кто ей расскажет? Кто нанесет удар в самое сердце? И выдержит ли она его?» — К-как тебе мое... ло-же? П-п-прок-русто-во... Мне д-душу подрезали... И сердце. И г-го-ло-ву... Меня т-так нак-каза-ли... Т-трубки м-ме-шают го-ворить... И все-таки она не бредила. Она хотела сказать ему, что получила по заслугам, что несет свое наказание безропотно и со всем согласна. — Все это ерунда. — Саша подошел к ней еще ближе и осторожно склонился над ее лицом. Не выдержал и, воспользовавшись ее неподвижностью, поцеловал прямо в плотно перебинтованное лицо, в разные места и несколько раз, вдыхая запах лекарства... Бинты были влажные и солоноватые на вкус. Она плакала. Она плакала, и некому ей было вытереть слезы... — Ты не должна вбивать себе в голову всякую чушь, ты просто случайно выбежала на дорогу, вот и все. Ты не совершала преступления, ты ушла от своего мужа, потому что не любила его. Это нормально. Так поступают все женщины. Он и не заметил, что обращается к ней на «ты», и это естественное сближение оказалось куда более интимным, чем все его прежние любовные фантазии. Теперь, когда у него была Тая, женщина совершенно другая, нежели Рита, он мог испытать чувства к Рите куда более высокие и нежные, чем даже прежде. Словно переоценив всю палитру своих чувств, он был счастлив, что причастен и к Рите, и к Тае. Радость полноты жизни переполняла его, и только тяжелая ноша, яд — известие о смерти Оскара — отравляли встречу с Ритой. — Ц-цветы... Какие к-краси-вые... С-спасибо... Ири-сы. Оскар дарил мне т-только к-красные цветы... А эти неж-нее. П-по-зови того п-парня, мне нужно ему ч-что-то сказать... Сергей, который никуда не уходил и стоял возле двери, так, что его не было видно, подошел к ней. — Ты как? — Ему вдруг показалось, что он уже близко знает эту женщину, так много он уже успел о ней узнать. — Ничего? Она слабо улыбнулась, и снова заструились слезы к бинтам. — Не плачь, прорвемся... Ты мне хотела что-то сказать? Попросить? — Да... Я никому и ничего не с-ска-жу. Я с-сама вино-ва-та. Мне хо-т-телось п-переживаний, я с-слиш-ком с-спо-койно и хорошо жила. Оскар — он не за-служил т-акого... Он не должен д-думать обо мне. С-са-ша... — Она слегка повернула голову в сторону Саши. — Не говори ему, г-где я, обещай мне. П-пусть он забудет меня. — Он уехал... На море... Ему надо подлечить нервы, я разговаривал с ним... — Ой, к-как хорошо. |
