— Но ведь он же на глазах Саши сидел в машине и ждал меня, а потом неожиданно сорвался с места и уехал. Саша подумал еще тогда, что он поехал на заправку или за сигаретами... Ведь так?

— Так... Ему даже никто не звонил, я видел бы, если бы он держал рядом с ухом мобильник...

— Меня сразу насторожил тот факт, что мы поехали в ювелирный поздно ночью. Я даже спросила об этом Амфиарая, почему, мол, нельзя было подождать до утра. И он мне ответил: значит, нельзя... Потом начал говорить о том, что ювелир знает его, что он покупал у него запонки и камни. Еще он произнес такую фразу, что камни, они и в Африке камни... И я так поняла, что он вкладывает деньги в камни... Конечно, можно было бы предположить, что он воспользовался мной, чтобы в моем присутствии купить эти драгоценности, но когда я спрашиваю себя: зачем? — то не нахожу ответа... Он мог так же спокойно в любое время дня и ночи купить все эти вещицы без меня...

— Но откуда же у него так много денег? — Этот вопрос, который в душе интересовал каждого из четверых, озвучил, конечно же, Саша. Непосредственный и прямолинейный, он ударил, что называется, не в бровь, а в глаз.

— Если бы знать... — усмехнулась Рита. — Но этого не знает никто. Хотя Оскар и сказал мне, когда я объявила ему, что выхожу замуж за Амфиарая, он — опасный человек и даже чуть ли не связанный с порнобизнесом... Но я уверена, что он делает деньги каким-то другим путем...

— Знаете... Я вдруг вспомнил... Ведь я не всегда смотрел в сторону этого грека, — вдруг сказал Саша. — Я отвлекался. Мне постоянно чудилось, что из подъезда выходит Рита. Было жарко, я сидел на самом солнцепеке и несколько раз видел, как мне казалось, Риту... Но на самом деле это была другая женщина. Она курила...

— Женщина? Я тоже столкнулась в подъезде с какой-то женщиной, когда вышла из лифта... Но у нас большой дом и женщин — сотни... К тому же к Оскару никогда на дом не приходили женщины. У него их хватало и на работе...

— А может, это была как раз его коллега по работе... То самое доверенное лицо! — предположила Тая. — А что? Доктор Арама, находясь в стрессовом состоянии, мог пропустить несколько дней и не появляться у себя в клинике... И одна из его коллег решила его навестить. Она поднялась, услышала крики, доносящиеся из вашей квартиры, и решила подождать, когда все утихнет...

— Но вежливый человек не стал бы даже после криков беспокоить человека... — сказал Можаров. — Я бы, во всяком случае, даже побоялся бы попасться под горячую руку...

— А вот этой женщине, к примеру, эта самая горячая рука была, простите за тавтологию, на руку.

— Но зачем коллеге убивать доктора Араму? За что?

— А что, — прошептала вдруг Рита, сама пугаясь своих мыслей, — если к нему приходила вовсе и не коллега, а пациентка?

— Пациентка? Ты хочешь сказать, что он мог, предположим, как-то неудачно сделать операцию, после чего женщина осталась бесплодной... Ты это имеешь в виду?

— Да мало ли что могло произойти между доктором и пациентом...

Раздался телефонный звонок. Рита встала из-за стола, взяла телефон и подошла с ним к окну — привычка, выработанная годами. Она всегда разговаривала по телефону, глядя в окно.

Никто из сидящих за столом не слышал, чтобы она проронила хотя бы слово. Но тот, кто позвонил ей, потратил всего несколько секунд, чтобы превратить Риту в сгусток дерзости и энергии. Она, швырнув телефон на стол, взглянула мутным взглядом на Сергея, Сашу, Таю, хотела, видимо, что-то сказать, но только судорожно схватила ртом воздух и замахала руками. Все увидели, что на глазах ее выступили слезы... И прошло всего несколько мгновений, прежде чем все успели опомниться, как она, набросив на себя плащ, выбежала из квартиры.