|
.. Ты же не хочешь, чтобы я тебе лгала. А правда — жестока. И я ничуть не лучше Оскара и тоже предпочитаю быть собственницей по отношению уже к тебе. Я хочу, чтобы ты, такой невыносимо красивый и переполненный природной любовью, принадлежал только мне. Чтобы я, просыпаясь утром, видела тебя, чтобы я могла появляться с тобой всюду и чтобы все видели, что ты мой... Но поскольку это невозможно и ты никогда не сможешь стать полностью моим, то нам надо расстаться... И теперь, когда я знаю, что ты покупал все эти драгоценности у Юза для того, чтобы с подачи твоего хозяина превратить их в более увесистые пачки долларов, то возьми их обратно, немедленно, и, пожалуйста, не используй меня как живой сейф... Я не могу нести ответственность за такие дорогие вещи... И тебе надо было раньше объяснить мне все это открытым текстом. Я бы поняла. Бизнес есть бизнес.
— Все, кроме кулона, — твое, — вдруг сказал Амфиарай, подходя к ней совсем близко. — А этот камушек еще должен нам послужить. — Что ты задумал? — Потом узнаешь. Так ты едешь со мной? — Нет, я устала. Мне надо побыть одной. — Рита... Мы были сегодня откровенны друг с другом, ты не находишь? Она удивлено взглянула на него, ожидая подвоха. Что он хочет этим сказать? — Я рассказал тебе о своем шраме. — Если бы ты не рассказал, то я бы и не обратила на него внимания, он слишком незаметен на твоей темной коже. Но при чем здесь твой шрам? — У тебя почему-то испуганное лицо. Я просто хотел спросить тебя, а откуда шрам на твоем колене? Рита невольно опустила глаза, словно пытаясь разглядеть маленькую светлую стрелу — именно такой формы шрам остался у нее с раннего детства на левом колене... Этот шрам вызывал самые разные чувства у Оскара, который почему-то решил, что шрам достался ей на память «от лесника». Сам же «лесник», покрывая поцелуями эту нежную тонкую «стрелу», словно указывающую ему направление — вверх, к лону, в райские кущи! — совсем потерял голову! И теперь вот этим шрамом заинтересовался Амфиарай. Что привлекает мужчин в этом маленьком шрамике, оставшемся у нее от неудачного падения с велосипеда? В больнице, куда привела ее, заплаканную и перепуганную, мать, ей даже пришлось зашивать ранку и сделать противостолбнячный укол... — Маленькая была, каталась на велосипеде, упала, разбила колено. Все очень просто. А что подумал ты? — Нет, ничего... — Он улыбнулся одними губами. — Я сейчас уйду, раз ты просишь. Услышав это, Рита вся сжалась. Только что она хотела, чтобы ее оставили в покое, чтобы Амфиарай ушел, и вот теперь, когда он говорит о том, что собирается уходить, она боится, что видит его в последний раз, что он больше к ней не вернется, что он предпочтет ей мужчину... Что это, как не глупость? Слабость? Любовь? — ...я уйду, но прежде мне хотелось бы задать тебе еще один вопрос... Дело в том, что Владимир Сергеевич прилетает буквально на днях. Понимаешь... я рассказал ему о тебе, я показывал ему твои фотографии, которые мне удалось украсть у Ащепковых. — Что? Зачем? Кто тебе позволил это делать? — Хорошо, я скажу тебе всю правду: я обещал ему, что познакомлю вас. — Но зачем? Ты с ума сошел! Мне никто не нужен! — Ты понравилась ему... — Что значит понравилась? — То и значит, что ты понравилась ему как женщина. И он хочет увидеть тебя. — Ты хочешь передать ему меня как эстафету? — Она начала истерично смеяться. — Амфиарай, ударь меня... Нет, лучше убей... Что вы себе позволяете, мужчины?! Что я вам такого сделала? Он пообещал тебе деньги за меня? Он хочет переспать со мной? — Я не знаю, что может произойти между вами, но я обещал вас познакомить... — Ащепковы. |
