— Нет. На практику.

— Опять в милицию?

— На Металлический завод, в Тянск.

— Че-го? — Глянув на подругу, Катерина удивленно приподняла левую бровь и расхохоталась. — Слесарем, что ль?

— Сама ты слесарь! В юротдел… Бумажки перебирать — что там еще делать-то? Но практику пройти надо. Кстати, знаешь, кто там начальником? Марта Яновна, Владимира Андреевича Алтуфьева жена. Ну, следователя прокуратуры, помнишь?

— Да помню, — отмахнулась Катя. — Жень! Ты на выборы-то ходила?

— Так перед тем, как к тебе…

— Несознательная! А мы с Игорем — в полседьмого! Горошек венгерский в буфете купили, четыре банки! И еще — две баночки красной икры. Там по одной в руки давали.

Гостья шмыгнула носом:

— А я пришла — там одни бутерброды остались.

— Дольше спи! Наши, с молзавода, отчитались: уже к восьми часам все проголосовали! Первее милиции!

— Молодцы.

— А то!

— А я, вообще-то, не спала, — несколько обиженно протянула Женя. — Юльку Сидорову вчера встретила — сегодня на пляж сговорились отправиться. Вот с утра и съездили.

— А куда?

— Да на заводскую базу. Красиво там. И буфет есть. И лодки… Недавно открылась. Правда, говорят, кто-то уже успел утонуть.

— А, слыхала. — Катя покачала головой. — Ты печенье-то бери — вкусное… А на утопленника Сорокин выезжал. Он и оформил. Погибший — молодой совсем! Говорят, не особо и пьющий.

— Жалко, когда вот так.

— Да уж! А Игореша в тот день в Лерничи ездил, по поводу браконьеров. Нашел! Знаешь кто? Гольцов с Сомовым!

— Неприятные типы. Оба! — передернув плечами, поежилась Женька.

— И с ними еще наш, озерский… Федька Курицын. Ну, помнишь, был такой второгодник, шпана. Сразу после школы за грабежи сел, и вот — вышел… Но он вроде не при делах — просто заглянул к Гольцову в гости. Там у него родичи, в Лерничах…

— Погоди, погоди — Курицын? Это увалень-то такой… Тюленем еще звали, Тюлей… — Гостья задумалась. — Он, по-моему, с Дылдой хороводился… ну, с Евсюковым, который давно сидит.

— Он и с Кошкиным дружился, — подливая чай, усмехнулась Катя. — С битником нашим, с Алексом! Помнишь?

Алекс…

Еще б не помнить! Они с Женькой потом спелись на почве любви к модной музыке… Женечка-то та еще была меломанка!

— С Алексом и я дружила… Интересно, где он сейчас?

— Говорят, в Ленинграде, где-то в ресторане играет.

— Молодец, коли так.

Колесникова прикрыла глаза, мечтательно улыбнулась и тут же дернулась:

— Только с Тюлей он не дружил! Курицын ведь как? Откуда не гонят — там и он. Угрюмый, слова не вытащишь. Тюфяк!

— Это точно… Ой, Женька! — вдруг встрепенулась Катя. — Главное-то забыла сказать! Игорь говорил: в Лерничах кто-то девчонку чуть было не утопил! За то, что сети его нашла. Подкрался у речки сзади — и столкнул прямо в омут! Это с кручи-то! Так и не нашли, кто.

— Там найдешь! — гостья поставила чашку на стол. — Шабашников на лесосплаве сколько! Да еще с реки могут прийти. С пароходов, с барж…

— Вообще-то — да… Слушай! А у меня ж для тебя подарочек есть! В мае еще купила… Погодь!

Убежав в комнату, Катерина тут же вернулась, вручив подружке небольшую грампластинку в серо-голубой упаковке…

— Ого! Том Джонс! — целуя подругу, радостно ахнула Женька.