|
Во рту пересохло, все признаки похмельного синдрома были налицо. Всё-таки и в Зоне чувствуешь себя паршиво, если выпил поганой водки натощак, есть в нашем мире вещи, которые никогда и нигде не меняются. Я скосил глаза — у противоположной стены сидел Вандемейер и любовался трофеями — теперь у него было две головы, залитые в черный пластик. При попытке сесть виски сдавило будто клещами, и все мышцы принялись стонать и жаловаться на нелегкую судьбину. — Лежите, лежите, — засуетился Вандемейер. — Вам плохо, Слепой? Скажите, что болит? — Голова, — пожаловался я. — А что должно болеть после пьянки? Голова, конечно. Ну и все остальное болит тоже. — Это нормально, — заверил Дитрих. — После поражения картиной Рубичева-Хольтона мышцы отходят не сразу. Пока мы продолжали напрягать мускулы, они оставались в тонусе, и боли не чувствовалось. А теперь… — Ясно, ясно… — В рюкзаке я нащупал флягу и сделал несколько глотков. В голове прояснилось. — Сколько раз зарекался пить в одиночку… А где Костик? — Пошел проверить ход. Сказал, ненадолго. — А вы как себя чувствуете? Дитрих отвел глаза. Ясно, ему паршиво, но он не хочет сознаваться, что стал обузой. — У меня закончились лекарства, — промямлил рыжий. — Сейчас ещё ничего, но… потом, конечно, будет намного хуже. Тут затопали тяжёлые башмаки терминатора — вернулся Костик. Этот тоже выглядел потрепанным, под стать нам с Вандемейером и даже похуже. Рука в бинтах, в коротко остриженных волосах запеклась кровь, а на скуле — здоровенный фингал. Автомат он перевесил на левое плечо. Но Костик улыбался. — А, прокынувся, алкаш! От скажи мени, Слипый… там, на галявыни, ты мене видштовхнув, а? А тут и того гирше, по морди быв? Стриляв у мене? От и скажи мени, чого я тоби такий вдячный? — Да, — подал голос Вандемейер. — Мы вам благодарны, Слепой. Вы снова выручили всех. — Это моя работа! Я же герой, вроде Бэтмена! — Я постарался, чтобы ответ прозвучал гордо. — Костик, а что тебе внушил контролёр? Тарас замялся, отвел взгляд. — Та ни. Не скажу, и не пытай краще. Ни, и не дывысь на мене так. Все одно не скажу! Ни! Наш железный боец залился краской. Вы видели краснеющего терминатора? — Ну ладно, не говори. Вандемейер, а вам что казалось? — По-моему, он меня просто вывел из игры, обманывал иллюзиями, пока занимался… — Да, сперва контролёр в полную силу навалился на Костика, чтобы захватить самого сильного. Мне он тоже картинки показывал. — Да, Слепой, а вам что виделось? Что он вам показал? Теперь пришел мой черед смутиться. — Ну, девушек. И ещё маму. Но это уже после, когда стало ясно, что водка сильней его. Я, когда влил в себя грамм двести, да с устатку, так враз стал неуязвим! Вандемейер, по-моему, вы молились. — Видите ли, Слепой, вы ведь молодой чело-иск, вам он показал девушек… гм… женщин. А я уже… гм… И этот смутился. Надо же, какой народ подобрался чувствительный… — Ладно, если не хотите, не говорите. |
