|
В этом смысле они — одного поля ягоды. — Надеюсь, вы не станете меня хватать за шпионаж? — уточнил Дитрих. — Понимаете, мне же не демонстрировали ничего серьезного. Это была именно что показуха, работа на публику. По-настоящему интересна работа с пси, но мне совали красивые картинки, чтобы отвлечь от важного. — Зато вы включали свой приборчик и сделали записи… Не спорьте, не надо. Я не настолько патриот, чтобы протестовать и возмущаться… А что это было — насчет удовлетворения любопытства профессора Головина? — Как, Слепой, вы не обратили внимания? Ах да, вы как раз отлучались с этим молодым господином… — С лаборантом. Угу. Так что у вас с профессором? — Он занимается исчезновением спутникового сигнала. Вообще его тема — пространственные пузыри, и Головин особо заинтересован в определении «точек привязки». Жалуется, что есть сталкеры, имеющие практический опыт, но он не вправе ссылаться на них в серьезной работе. Ну и кроме того… Видите ли, для вас все, что связано с артефактами, имеет налет мистики. Сталкеры, умеющие обращаться с этими образованиями Зоны, так называемыми артефактами, напоминают средневековых алхимиков. То есть для них важен ритуал, имеют значение даже слова, которые произносятся при составлении «сборки», как заклинания, творимые магами. — Ну, не все так страшно. «Сборки»-то работают. — Да, накоплен практический материал. Но нет ни малейшего теоретического обоснования. — Верно, мы практики. А почему вы сказали «так называемые»? Чем плохо слово «артефакт»? — Ну-у-у… Слепой, если вы заглянете в словари, там будет сказано, что «артефакт» — это нечто, изготовленное искусственно, нечто сделанное. Тогда как эти самые образования, которые именуются артефактами, скорей естественного происхождения. — А как же теория о божественной природе Зоны? Бог создал… — Тогда и человек — артефакт. По образу и подобию. Слепой, вы артефакт? — Разумеется. Я создан Зоной. — Пф! — Та облыш вже, Слипый, к словам чиплятыся. Що вид вас, Вандемейер, тому профэсору треба? — Так вот, возвращаясь к теме — Головина интересуют замеры электромагнитных возмущений в зоне «слепого пятна». Здесь как раз никакой мистики и счисления ангелов — чистая арифметика. Определение координат «точек привязки» по данным моей аппаратуры… ну, вы меня понимаете? Однако официального разрешения на эти эксперименты профессор не имеет, попросил меня. Я не сталкер, у меня есть официальный статус, ученая степень, на меня можно сослаться. — Неужто Головин не может провести собственные замеры? А я думал, он помыкает там всеми… — Интриги… за ним тоже следят, как ни странно. Тот же Серчев — как вы полагаете, в чем его функции? Чем он занимается при Головине? — Ну, вам-то он снимать не помешал. — Он пытался, вы просто не заметили. — Ну, ладно, ладно… — Головин мне объяснил: он отправлял сотрудника под охраной двух военнослужащих в этот район, все трое исчезли без следа. |
