Глеб улыбнулся:

– Пока еще сам не знаю. Может быть, серьезное, а может быть, какие-то пустяки.

– Кто звонил?

– Один мой старый знакомый.

– Кто он?

– Ты слишком много задаешь вопросов, Ирина. Мы же с тобой договаривались, о работе – ни слова.

– Хорошо, я все помню. Но кофе, надеюсь, ты успеешь выпить?

– Успею.

Они вернулись в гостиную. Ирина подала кофе, очень крепкий, такой, как любил Глеб. Себе в кофе она плеснула немного сливок, Сиверов пил черный. Кофе был выпит в полной тишине. Ирина боялась задавать лишние вопросы, а Глеб думал о своем. «Что же там за пожар, если генерал Судаков так торопится?» Ведь Глеб пообещал ему за эти двое суток попытаться вникнуть во все подробности предстоящей работы. А то, что от работы ему отвертеться не удастся, было ясно уже там, в кабинете трехэтажного особняка, напичканного электроникой.

– Что ты говорила об Ане? – улыбнувшись, спросил Глеб. – Она загорела?

– Да, загорела и ходит в лес. А на лугу ловит бабочек. У нее все хорошо, только она скучает.

– Отлично, – сказал Глеб с отсутствующим видом.

– Ты спрашиваешь так, словно тебя это очень интересует, а глянешь на тебя, сразу видно, что твои мысли очень далеко отсюда.

– Да, – признался Глеб, – мысли мой действительно далеко.

– Интересно, где же они? Я хотела бы знать, о чем ты так сосредоточенно размышляешь.

– Ирина, лучше об этом тебе ничего не знать.

– Не буду больше мучить тебя расспросами.. Хочешь еще кофе?

– Нет, не хочу, – сказал Глеб, поднимаясь из-за стола. Он взглянул в окно и увидел подъехавшую и свернувшую во двор черную «волгу» с затемненными стеклами и двумя антеннами на крыше.

– Что там? – поинтересовалась Ирина.

– Машину прислали.

Ирина осталась сидеть. Он подошел к ней, обнял за плечи и поцеловал в волосы.

– Ты уж извини, что так все получилось, что к черту полетел наш отдых и что сейчас я должен уйти.

– Надолго? – не глядя на Глеба, спросила Ирина.

– Если бы я знал, то смог бы ответить.

– Ну хоть примерно…

– Я позвоню.

– Вот всегда так. Я вынуждена ждать, надеяться.

– Женская доля такая, – сказал Глеб, понимая, что его шутка не совсем уместна. – Спасибо за обед. Мясо получилось восхитительное.

– Да перестань ты! Мясо подгорело.

– Я все равно сыт.

– Ну и прекрасно. Хоть этим я смогла тебя порадовать.

– Ане передай привет. Скажи, что я ее очень люблю и когда мы встретимся, мы вместе наловим замечательных бабочек, а потом выпустим их.

– Хорошо, передам. Думаю, она будет рада.

– И знаешь что? В Париже я видел замечательную куклу, хотел купить ее, но как-то не получилось. Это было в первый день. Я думал, когда мы решим возвращаться, я вновь ее увижу. Но того торговца уже не было на обычном месте.

Так что, Ирина, купи ей что-нибудь и скажи, будто это мы привезли ей из Парижа.

– Хорошо.

– Кстати, наверное, у тебя нет денег? – Глеб взял свою куртку, вытащил бумажник – тот самый бумажник, из-за которого ему в Париже пришлось ввязаться в драку, – вынул все, что лежало в одном из отделений, и положил деньги на тумбочку рядом с телефоном. – Я постараюсь позвонить.

Глеб, не прощаясь, боясь, что прощание может затянуться, покинул квартиру и сбежал вниз.