Несмотря на саму сумму.

Плюс — еще много других вариантов.

Так что, придется постараться в полную силу.

Ладно. И Грита повеселится на ставках.

Видно, что ей это очень понравилось, вон как ноздри чувственно трепещут, когда делает ставки и общается людьми хозяина, принимающими их.

Зато можно не поддаваться.

Не вводить в непонятки соперников, пока все и так будут ставить против меня.

Это понятно.

Грите мешок пора принести, для денег. Ночевать тоже в трактире придется, чтобы не рисковать жизнью и здоровьем. После вполне вероятного выигрыша и получения кучи золота.

Я сразу взялся за дело и подстерег хозяина трактира. Звали его Бильд и он начал поздравлять меня с победой, первым делом. Но я его прервал, попросив принести за наш стол пару бутылей самой дорогой ресы и пару вина астрийского, белого. Он тут же отправил своего помощника за искомым к себе в номер. Сказал, что подаст сам лично таким дорогим гостям. Я напомнил еще про самую хорошую посуду и спросил про номер для нас с Гритой.

Любой. Но хороший.

Если надо, то могу освободить свой номер на чердаке.

Но тут Бильд ничем помочь не мог, свободных номеров не было уже пару дней.

Началось выступление моей подруги, народ спешно расселся и начал внимать прекрасному голосу и музыке.

Грита сегодня в ударе, музыканты тоже, в общем, полчаса все только и слушали ее.

Вскоре появился хозяин с подносом и расставил бутылки и посуду на столе. Все соседи были достаточно разгорячены и, естественно, никто не подумал отказался от стопки ресы или бокала вина.

Женщины пили вино не спеша, маленькими глоточками, в отличии от мужчин, начавших опрокидывать стопки одну за другой. Темп задавал сам Капитан, остальным оставалось только не отставать. Шидер и пара гвардейцев выглядели опытными, вполне, людьми и я за них был спокоен. Грита присоединилась к нам, получив множественные благодарности от слушателей и тоже потягивала вино.

Один я, получив от организаторов боев напоминание о скором выходе, попивал чай, передав своей верной сообщнице деньги в небольшом мешочке.

Опять переоделся в номере в гильдейское и на улицу, в круг.

Теперь за моей разминкой внимательно наблюдала вся команда соперника, опять же, состоящая из гвардейских.

Снова в центр и соперник передо мной.

Здесь еще нет обычая пожимать руки перед боем, ну и ничего.

В этот раз мне достался парень из второй пары, победивший решением судьи в той мясорубке. Естественно, он также пошел проверенным путем и грозно замахал кулаками, готовясь обрушить град тяжелых ударов на мою голову. С ним я провел полноценную тренировку, пытаясь попасть хорошо на отходе. Получалось не очень, не хватало координации рук с ногами. Ноги сразу уносили в сторону, руки не успевали достойно встретить наступавшего парня. Пользуясь моими промахами, соперник постепенно смелел и старался прижать меня, но у него такого опыта тоже не было, все бои велись лоб в лоб, без особых маневров.

Так прошла первая половина боя, состоящего по времени из одной требинки, восьми минут. Соперник немного устал, промахивался чаще, но стал настойчивей, пытаясь все также прижать меня. Зрители требовали от меня более активных действий, но я не обращал внимания на них. Понемногу стало получаться предугадывать атаки гвардейца, и в одной из них я хорошо ему попал в нос. Кровь залила лицо и рубаху, но парень из последних сил настойчиво пытался добраться до меня. Опять начиная двигаться вперед, он очень уж не рассчитал дистанцию, о чем, конечно, и не подозревал и наткнулся на хороший встречный, уронивший его на колени. Сразу вскочив, парень закачался, пытаясь на ногах восстановиться, но я не дал ему такой возможности, снова четко попав в подбородок расчетливым одиночным ударом.

Теперь подняться ему удалось далеко не сразу, и судья остановил бой.

Когда подняли мою руку, наша, если можно так сказать, трибуна завопила и запрыгала, видно, что непонятность исхода боя держала всех в ожидании.