В общем, дикие бароны решили получить кое-что вперед, и подставились под болты. Скажу прямо, я получил немало удовольствия, выступая этаким ангелом мщения за подлые и грязные поступки парочки аристократов. Жаль, что по тактической обстановке пришлось торопиться и насильник умер, ничего не почувствовав, но его старший брат помучился вволю, даже, может и сейчас еще переживает болт в боку и гибель брата.

Вообще то, надо через несколько часов выезжать, пустив следом подводы, чтобы забрать весь лут и тела погибших, боевых жеребцов и остальных лошадей. Если такой табун пригнать в замок и все оружие с доспехами привести тоже, баронесса легко вооружит еще больше воинов, хотя, теперь, это ей не так и надо, после смерти самых настойчивых претендентов на руку и сердце свободных сестер-баронесс.

Тут я задумался, как мне объяснить свое нахождение здесь, в скромной одежде, даже без меча, спутника каждого приличного дворянина и решил рассказать свою красивую историю, с клятвами и заветами, вечной любовью и прекрасными дамами, той же Дульсинеей Тобосской, оставленными далеко-далеко, наложенным покаянием и его исполнением, тщательным и последовательным, с моей стороны. Что-нибудь про помощь слабым и обездоленным сильной и умелой рукой, в книгах все любят про такое небывалое дело читать.

Хоть и запинаясь, простыми словами, с акцентом, тем более объяснимым, раз я из далекого королевства или княжества, лежащего за страшными лесами, полноводными реками, высокими горами, где на заоблачных перевалах героев ждут настоящие драконы, дышащие огнем. Поднять на высочайший уровень какую-нибудь балладу о верном рыцаре, прекрасной даме и пытающихся разлучить их влюбленные сердца многочисленных и хитрых врагах.

Что-то из Лоэнгрина, Парсифаля или Тристана и Изольды в миксте. Как-то мне попала в руки книга со всеми либретто основных опер мира и я, запомнив названия и краткое содержание, любил иногда выдать в разговоре свое знакомство с миром оперы и бельканто, тем более удивительное для простого автослесаря.

Здесь эти истории будут иметь успех, несомненно.

Наша процессия подъехала к воротам, баронесса Делия сильным и уверенным голосом скомандовала открыть проезд и, не так и быстро, ожидая поднятия решетки и открытия ворот, я попал во внутренний двор замка, освещенный факелами. Баронесса быстро и четко распоряжалась, кому куда идти и что делать, потом, встретившись со мной глазами, приказала принять у меня, баронета Фольвио, лошадь, устроить ее на конюшне и проводить меня в комнату кого-то, кого она назвала, понизив голос и я понял, что буду выздоравливать в той самой комнате, где жил ее последний сердечный друг, но мне было все равно. Сказала, что придет позже или пришлет лекарку, если сама не сможет оторваться от повседневных забот, и чтобы я отдыхал. Что, вся благодарность впереди и пир тоже, по случаю спасения.

Шустрый молодой слуга, держащий факел, проводил меня куда-то по узким коридорам, до небольшой комнаты, где, все же, имелась широкая кровать и помог снять кольчугу. Зажег свечи и я упал на кровать без сил, но ноющая рука мешала мне уснуть. Вспомнив кое-что, я распорол воротник блузы, достал упаковку антибиотика и закинул в рот пару таблеток, запив водой из кувшина.

Потом, я уже уснул, но лекарка и правда пришла, видно, позвали из деревни при замке и осторожно промыла мне рану теплой, кипяченой водой, наложила какие-то листья и несильно замотала ее бинтом из ткани.

После этого я уснул и больше не просыпался до утра, прижимая к себе снятый с лошади мешок с добром и таблетками

Глава 24 В ЗАМКЕ

Утром меня разбудила снова та же пожилая лекарка.

Вошла, даже постучав в дверь, видно, что с господами привыкла общаться, знает, как вести себя и оказывать кое-какие знаки почтения. Хорошо, что постучала, я успел одеяло накинуть, хотя под простыней спал, так бы посмотрела на мою утреннюю эрекцию.