Клея опять посмотрела на меня своим блядским взглядом и я, не выдержав, рассмеялся вполголоса. Да, хоть и молоденькая, но уже все понимает и просчитывает в своей женской сущности. Не пропадет нигде.

Из кустов, я смотрел, как девушка с парой мешков на шее, походкой от бедра, свернула с дороги, прошла двор перед трактиром, мимо пару возчиков, оставшихся сидеть на своих подводах с отвалившимися челюстями, поднялась по ступенькам, дверь ей открыли, кто-то уже заметил красавицу из трактира.

И вошла, бросив взгляд в мою сторону.

Все, девушка добралась до людей и цивилизации, теперь мне пора обойти трактир и проверить, сколько подвод и распряженных лошадей с той стороны, где сеновалы, загоны и хозяйственные постройки. Чем я и занимался какое-то время, а, когда подобрался к трактиру с тыла, с удовольствием обнаружил, что сегодня, точно, не осьмица и не день, ей предшествующий. Ни одной подводы, вообще — никого, так что, я в шоколаде, еще и лестницу кособокую приметил, не надо будет карабкаться, цепляясь за бревна.

Посидел в кустах, растущих тут везде на заднем дворе, дождался, когда свеча зажглась в одном из номеров, распахнулись ставни и милая Клея сделала в сторону леса приглашающий жест, отойдя потом от окна и забрав свечу.

Меня приглашают в гости, невежливо будет задерживаться с визитом.

Все правильно сделала, я проверил своим умением желающих посмотреть на задний двор трактира в ночи, не обнаружил таковых и перебежал под окна, прихватив лестницу по дороге. Она, конечно, коротковата, не достанет до окна высокого второго этажа, но, дальше, я и сам заберусь. Пока стоял под стеной, привязал веревку к лестнице, за верхнюю перекладину, и, когда пролез в окно, затащил лестницу с собой. Нечего улики оставлять и другим желающим путь показывать.

Желающие поближе познакомиться с такой редкой птицей, залетевшей в трактир на фронтире из лесу, точно найдутся. Даже, Сохатый может припереться, с предложением посвятить свою молодую жизнь ему и его детищу в лесу, стать его помощницей и сделать карьеру в его ебенях. Через постель, вестимо, ведь место очень хорошее, для девушки, плохо понимающей на местном языке.

Еды набралось и, правда, столько, что я даже подумал, что зря скупил пол трактира, отобрал себе только часть, чтобы совсем не перегружаться. Взял с расчетом, что буду ждать Учителя не один день, поэтому выдал Клее новые инструкции по его приезду и что от него требуется мне.

— Ну, что, как тебе новые деньги? Дорого стоят, по сравнению с Сатумом?

Клея это тоже признала, что совсем ошарашена, в ее мире такой номер с завтраком и ужином обошелся бы минимум в золотой. А тут всего два серебра, да еще этого серебра в пять раз с лишним больше в одном золотом.

— Так что, эти семь-восемь золотых — это серьезные деньги, хватит на год. Смотри, если Гинс сдает квартиру, то можно не трогать людей. Скажи ему, чтобы отвел тебя к жене Торка, Абели. Или у нее поживешь или она найдет место, если тебе больше понравится жить отдельно. Хотя, поначалу, лучше к ним, там и Абель и Торк тебе помогут освоиться.

Лучше бы, конечно, к Клое, но Грита там будет жить вечно, если к кому не съедет, рано или поздно. А встречаться девушкам — ни к чему.

Долго мы устраивали забеги на, наконец то, настоящей кровати, долго я раскрывал глаза девушке на новый мир. Пару раз приходили доброхоты, стучались и предлагали помощь, само собой, и хозяин приперся. Никому дверь Клея не открыла и довольно жестко повторила слова, которые я нашептал ей на ушко. Потом, довольная собой, падала рядом и требовала продолжения банкета.

Так что, когда я слез по лестнице, уже всходило светило и я, весь такой не выспавшийся и замученный энергичной молодой красоткой, оказался под окном. Поймал мешок с провиантом, попрощался молча с милой, убрал лестницу, отвязал веревку и пошел навстречу новой жизни, по привычной уже дороге, в Храм.