Я вернулся к колонне и снова положил обе руки на нее, контролируя процесс восполнения маны. За полчаса она почти вернулась к прежнему уровню, что очень круто для меня. Такая скорость процесса и столько силы приходит от небрежно обтесанной колонны, что у меня кружится голова. Похоже, что от объема используемого камня зависит его мощность в накоплении и отдаче маны, надо про это подробнее расспросить знающего хозяина.

Внизу раздаются шаги и по сложенной из обожженного кирпича лесенке поднимаются оба Мага. Долго они совещались наедине и меня это немного напрягает, ясно, что разговор шел обо мне и том, можно ли мне доверять.

Слуга, шустрый молодой парень, сдвигает оба стола, и мы садимся за уже круглый, общий стол. Белых скатертей не приносят, только по мятой льняной салфетке, чтобы вытирать руки. Тот же слуга расставляет глиняные глубокие тарелки и приносит деревянные ложки вместе с чугунком, в котором ароматно дымится рыбный суп, деревянная же поварешка лежит отдельном подносе. Суп разливают по тарелкам и можно приступать к трапезе.

Я желаю магам приятного аппетита и получаю обратное пожелание, Учитель совсем благодушен, Кремер — наоборот, скован и недоволен чем-то.

Молча мы начинаем обед и молчим, пока не приносят второе. Мясо какого-то зверя, лося или кабана, тщательно протушенное и рассыпающееся во рту, гарниром служат те же корнеплоды, запеченные до хрустящей корочки.

Слуга выставляет бутылку из настоящего стекла с бокалами! Обслуживание потрясает, Учитель предлагает мне попробовать и оценить вино первым, как гостю.

Попробовав натуральное вино, похожее на наше ежевичное, я предлагаю наполнить уже настоящие бокалы из начищенного серебра своим соседям и провозглашаю тост, за здоровье и могущество хозяина дома. Дружно чокаемся и я медленно, смакуя, пью терпко-сладкий напиток со вкусом лесных ягод.

После обеда тарелки и прибор, ложку, быстро уносят и теперь вместе с дорогим, как видно, вином, мы пьем заваренный на брусничном листе и такой же ягоде чай и ведем неспешную беседу.

— Ольг, каковы твои ощущения, после такого полного собрания всех членов нашего небольшого мира? — спрашивает Учитель. Кремер ничего не говорит, только потягивает чай и внимательно вслушивается в мои ответы.

— Весьма положительные, — отвечаю я и, видя вопросительное выражение лица хозяина, развиваю свою мысль, — Мне очень понравился порядок во время обсуждения, возможность высказаться, как ты подчеркнул, для всех участников собрания, еще, как дается время каждому изложить свои соображения. Без попыток перебить и навязать только свое мнение.

— Есть, что удивило тебя? — в разговоре между собой Маги обращаются только на «ты», что подчеркивает общность отмеченных магическим даром людей.

— Не очень чтобы сильно, так это разделение общества на радикалов и, можно так сказать, умеренных.

— А ты что думаешь по поводу наших действий? К кому готов присоединиться? — небрежно, даже слишком, поинтересовался Учитель.

— Я, пожалуй, создал бы третью группу, из себя одного, — достаточно сдержанно ответил я. — Но, при выборе из уже существующих, конечно, присоединился бы к твоей точке зрения.

— Любопытно, чем тебя сразу не устраивает точка зрения нашей группы? — собеседник заинтересован.

— Чем не устраивает? — я медленно доливаю чай в кружку и отхлебнув глоток, продолжая, — Я, в отличии от всех вас, прожил полгода в городе и думаю, что торговать с Черноземьем гораздо перспективнее, чем воевать. Наверняка, на территории Севера много чего интересно Астору, те же рудники со свинцом или медью, которых не хватает в Черноземье. Я занимался производством в своей мастерской и явно заметил дороговизну именно этих металлов, по сравнению с железом и оловом. Можно было бы отдавать их в концессию горожанам, взамен получая продукты и изделия, необходимые Северу.