– Вот как? – Юлия насторожилась, как рыболов, почувствовавший, что клюнула крупная рыба. – Но вы, наверное, не запомнили этот адрес?

– Отчего же! У меня с памятью, слава богу, пока полный порядок. Ни склероза, ни Альцгеймера. Прекрасно помню, что она сказала: площадь Ломоносова, дом два.

– Спасибо! – Юля еще не знала, что даст Ивану новая информация, но что-то ей подсказывало, что это важно. – Спасибо, я обязательно передам это Ивану. И вот еще – он просил вам сказать, что очень хотел бы повидаться, но сейчас это опасно. И чтобы вы были осторожны. Как только все закончится…

– Да, конечно, я все понимаю. Кстати, деточка, имейте в виду: когда будете от меня уходить, посмотрите, не следят ли за вами. Очень бы не хотелось, чтобы вы сами привели к нему… тех людей. Ведь они для себя все уже решили, Иван для них – преступник, которого нужно поймать, и этим все сказано. Так что ни в коем случае не вызывайте такси, а если будете ловить машину на улице – не садитесь в первую подъехавшую, и когда сядете – не называйте конечный адрес. Лучше проехать полпути на одной машине, а потом поймать другую…

– Честно говоря, у меня нет денег на такси. Я поеду на маршрутке.

– Ну, оно и лучше. Маршрутку вычислить труднее. Но тоже – пересядьте где-нибудь, и лучше не один раз… Не оглядывайтесь по сторонам, не шарахайтесь, ведите себя естественно, и все будет в порядке.

– Вы так уверенно об этом говорите! Можно подумать, у вас большой опыт конспирации!

– А что вы думаете… я прожила долгую жизнь, и в ней чего только не бывало… тем более с моим происхождением в некоторые времена очень трудно было уцелеть!

Юлия поблагодарила хозяйку и покинула ее гостеприимный дом.

Выйдя на улицу, она все же огляделась по сторонам, но не заметила возле подъезда никаких подозрительных людей и подумала, что старушка страдает манией преследования. Впрочем, Иван ей доверился, и лучше перестраховаться. Да тут еще из соседней подворотни вдруг вынырнула черная машина с тонированными стеклами. Юлия не то чтобы испугалась, но на сердце стало как-то нехорошо. Поэтому она остановила не ту маршрутку, которая шла прямо к ее дому, а другую, но в том же направлении.

По Литейному проспекту транспорт, как всегда, еле полз. Переехав Невский, маршрутка пошла чуть быстрее. Юля задумалась и очнулась только, когда водитель громко проговорил с сильным среднеазиатским акцентом:

– Кто спрашивал площадь Ломоносов? Вот он, этот площадь! Вот он, этот Ломоносов!

Женщина средних лет с кожаным портфельчиком выбралась из маршрутки. Дверь за ней захлопнулась, и маршрутка тронулась, когда Юля вскочила и бросилась к двери.

– Постойте! Мне тоже нужно здесь выйти!

– Спишь, да? – бросил ей вслед водитель. – Спать дома надо! Здесь надо заранее говорить, здесь надо вовремя выходить!

Выскочив на тротуар, Юля огляделась. Она стояла на красивой круглой площади, в центре которой красовался бюст великого ученого в пышном завитом парике. С одной стороны площадь выходила на Фонтанку, с другой ее окружали желто-белые ампирные здания с колоннами. Юлия подошла к тому, что ближе, и прочитала табличку с номером: «Площадь Ломоносова, дом 2».

Тот самый дом, куда поехала жена Ивана от Олимпиады Гавриловны. Ну надо же, Юлия и не собиралась его искать! Стало быть, это судьба.

Она подошла к подъезду, возле которого висела внушительная бронзовая вывеска: «ОАО Петротраст». Это название ни о чем ей не говорило, в одном только Юля была уверена: это не больница и не какое-то медицинское учреждение. Права была Олимпиада Гавриловна, женушка дурила Ивану голову. Причем, судя по всему, довольно давно.