— Выбивайте, — сузив глаза, потребовала Антонова. — Вы у меня на окладе, так что выполняйте свою работу!

— Не дури, — попросил я ее и даже присел от звука, с которым кувалда ахнула по двери. — Зачем?

— Макс, а тут ремонт, да? — донесся до нас вопрос, произнесенный отлично мне знакомым девичьим голосом. — Я так сразу и подумала. Табличек вроде много висит, а здание словно вымерло. Во дворе машин нет, не курит никто у входа.

Мне очень захотелось выругаться, да кучеряво, со сложным строением фраз. Даже не знаю, как удержался.

— Ой, а вот и наша принцесса пожаловала! — всплеснула руками Татьяна, глядя на Марину, поднимавшуюся по лестнице. — Девочка с золотой ложечкой во рту!

— Женщина, что я вам плохого сделала? — осведомилась у нее нежданная гостья, остановившись. — А? Вчера вы меня долбали весь вечер, сейчас тоже донимаете. Мы же даже не знакомы!

— Вам точно надо быть вместе, — ткнув указательным пальцем сначала в ее направлении, а после в моем, заявила бывшая одноклассница. — По причине полного совпадения умственного уровня. Вас Боженька друг для друга создал, теперь мне это точно известно. Главное, размножаться не вздумайте! Хватит на Земле и без вас разных напастей.

— Валить надо, — невозмутимо сказал пожилой работяга напарнику, — иначе под раздачу попадем. Хрен с ними, с деньгами. Здоровье дороже.

— Макс, это кто вообще? — мигом вызверилась Марина, окончательно забывшая свои недавние уральские страхи и потихоньку набиравшая былую уверенность в себе. — Тетя, я, конечно, девушка из хорошей семьи, то есть терпеливая и воспитанная, но и на хрен могу послать кого угодно в любой момент, например вас!

— Пошли, — кивнул Валек, подхватил кувалду и двинулся к лестнице. — Не ровен час, одна другую грохнет, а на нас после свалят.

— И ты бы бежал куда подальше, приятель, — посоветовал Михалыч негромко, когда проходил мимо меня. — Могут ведь и поладить. Вот тогда добра точно не жди!

Сбежал бы, да только толку-то? Выйдет простая отсрочка по времени, которая ничего не изменит. Нет, надо этот фурункул давить прямо сейчас.

— Обе цыц! — гаркнул я и кулаком по перилам врезал. — Слушайте, у меня сейчас не самый простой период в жизни.

— Как и всегда, — раздувая ноздри, заметила Татьяна.

— И поэтому у тебя телефон отключен? — уточнила Марина.

— Чего? — удивился я, достал из кармана трубку и выяснил, что она выключена. — Хм. Вроде вчера заряжал. Странно. Ну, не суть. Так вот. Марина, это Татьяна, моя давняя и добрая знакомая, с которой меня связывает очень много чего, от контрольных по алгебре до секса на пляже Копакабаны.

— Очень интересно, — помрачнела девушка.

— Как выяснилось, помимо этого она проплачивала разные проверки, которые меня задолбали, и выкупила вот это здание, из которого сейчас меня выселяет. Основание — любовь прошла, осталась злость.

— Я бы так не сказала, — возразила Белозерова, окинув быстрым взглядом Татьяну. — Даже не так — врет она тебе.

— А я ей нет. Съехать? Съеду. Не хочется, прижился тут, но раз пошла такая пьянка — ладно. Сегодня не успею, дел много, так что завтра-послезавтра. Денек-другой, думаю, ты меня потерпишь. А нет… значит нет. Выкинешь мои пожитки на улицу или в помойку? Да и хрен с ними. Гелька новые папки заведет, а столы и стулья у меня не антикварные, обычные. Съезжу да куплю.

— Могу помочь с переездом, — подняла руку вверх Марина.