— Черт с ним, — бросила Шеннон. И безапелляционно заявила:

— Или ты сейчас же сообщаешь мне все как было хотя бы в общих чертах, или мы никуда не поедем!

— Хорошо, — обреченно вздохнула Сусанна. — Итак, Эрик пригласил меня в кафе…

— Вернее, ты его, — поправила Шеннон.

Пропустив ироничное замечание мимо ушей, Сусанна продолжила:

— Как и следовало ожидать, Эрик при всем параде с охапкой цветов и оговоренным журналом уже ждал меня в «Чайной розе».

— Он оказался симпатичным? — не выдержав, перебила Шеннон.

— Не то слово. Настоящий красавчик! — восторженно произнесла Сусанна. — Представь себе: высокий, с фигурой баскетболиста, светловолосый, голубоглазый… Когда я его увидела, у меня колени подкосились.

Шеннон восхищенно прицокнула языком.

— Как я за тебя рада! А дальше?

В этот момент с улицы донесся длинный автомобильный гудок. Засуетившись, Сусанна озабоченно взглянула на часы.

— А дальше, боюсь, тебе придется ждать до вечера. Слышишь, водитель уже сигналит?

— Я же сказала: черт с ним. Пока не услышу, как ты провела вчерашний день, не тронусь с места, — твердо повторила Шеннон. — Так что же было потом?

— Короче, — торопливо принялась досказывать Сусанна, — Эрик оказался не мужчиной, а мечтой. Ланч плавно перетек в обед, обед в ужин, а ужин — в ночь любви…

— Так ты ночевала у него? — изумленно переспросила Шеннон.

Тут с улицы снова раздался требовательный гудок.

— Да-да, — поспешно проговорила Сусанна, нетерпеливо оглядываясь на дверь. — А теперь скорее собирайся, пока такси не уехало без нас. Потерпи до вечера, обещаю, узнаешь все до мельчайшей детали!

— Договорились, — наконец смилостивилась Шеннон. — Я практически готова. Секундочку.

Она пригладила щеткой волосы, подхватила со стула сумочку. И подруги поспешили к машине, протяжно гудящей уже в третий раз.

Глава 4

Обед у родителей Сусанны, состоявшийся в красивом, викторианского стиля особняке, прошел на редкость замечательно.

Прекрасно сознавая свою принадлежность к среднему классу, Шеннон немного опасалась, что не сумеет достойно держаться в аристократической среде и не понравится родителям подруги. Однако мистер и миссис Кеннет оказались отнюдь не чопорными снобами, как она опасалась и какими расписывала их дочь.

Напротив, Джордж и Барбара показались Шеннон добрыми и милыми людьми, ничуть не кичащимися высоким происхождением, деньгами и положением в обществе. Они держались так кротко и благовоспитанно, что было совершенно непонятно, как в этой интеллигентной семье могло вырасти такое, хоть и премилое, но все же чудовище, как Сусанна.

Позже, выслушав от четы Кеннет многочисленные заверения в горячей симпатии и получив наказ не забывать их и почаще заглядывать в гости, Шеннон, оставшись наедине с подругой, осторожно произнесла:

— Слушай, твои родители мне очень понравились. Они очаровательные люди, такие спокойные, доброжелательные. Удивительно, но ты на них совершенно не похожа.

В ответ Сусанна усмехнулась.

— Хочешь сказать, в семье не без урода?..

Ладно, шучу, шучу. Знаю, мы не позволим себе подобное сравнение даже в мыслях… Кстати, ты не первая, кто замечает это. Все наши друзья и знакомые беспрестанно поражаются, как мои родители умудрились вырастить вместо послушной и благонравной дочери настоящую разбойницу.

— Да уж, — хмыкнула Шеннон.