Линейные корабли вломились в этот ужасающий, пылающий шторм. У них просто не было другого выбора, как попытаться выдержать его. Из всего залпа уцелело едва ли больше четырёх с половиной сотен боеголовок, а линейные корабли типа «Лавразия» были крепкими орешками с хорошими щитами и мощной бронёй. Вместе они могли бы выдержать этот залп, будь он равномерно распределён по всем кораблям.

Но, к сожалению, все выжившие ракеты были нацелены лишь на два верденских линейных корабля.

«Сюркуф» агонизировал. Прошло всего две секунды с момента детонации лазерных боеголовок, за которые из красивого и гордого корабля, линкор превратился во вращающуюся в космическом пространстве развалину. Оплавленный, израненный и разваливающийся на части корпус линкора вывалился из строя, моментально оказавшись за кормой верденской группы крейсеров. Во все стороны с гибнущего корабля хлынул поток спасательных капсул, давая хоть какие-то шансы на спасение уцелевшим членам его экипажа.

Но, в любом случае, ему повезло куда больше, чем его флагману.

«Гильгамеш» принял на себя удар почти трёх с половиной сотен лазерных боеголовок и исчез в огне термоядерного пожара, когда от нанесённых повреждений его реакторы взорвались, за одно мгновение разорвав линкор на куски вместе со всем находившееся на его борту экипажем.

А вместе с ним погиб и командующий эскадрой контр-адмирал Уильям Дэвит со своим штабом, оставив эскадру без командования.

— Дерьмо... — Мак’Найт едва сдержал своё желание ударить по консоли кулаком, — если так продолжиться и дальше, то мы потеряем группу, даже не добравшись до них!

— Не только мы, — спокойно произнёс Райн, глядя на тактический дисплей, — они тоже.

— Коммодор!

Невысокий офицер, отвечавший за системы связи эскадры, обернулся в сторону Мак’Найта.

— Получен исполнительный приказ с «Кассара». Адмирал Пайк приказывает приступить к манёвру. Код «Нельсон».

Уинстон быстро кивнул Райну и Том тотчас же передал приказ по командной сети эскадры.

На экране была чётка видна общая ситуация.

Оба соединения шли лоб в лоб друг другу. Расстояние постоянно сокращалось, уменьшая полётное время ракет и соответственно сокращая возможности для противоракетной обороны обоих флотов. Если ничего не измениться, то через двенадцать минут и сорок две секунды рейнские и верденские корабли должны были подойти друг к другу на дистанцию поражения энергетической артиллерией.

Но был и ещё один фактор, о котором их противник не знал. Почти три с половиной тысячи ракет, приближавшиеся на траверзе правого борта к кораблям Рейнского Протектората. До того, как они пересекут курс схождения оставалось три минуты и шесть секунд.

Всё, что им нужно было сделать — это продержаться эти три минуты...

«Анцио» вздрогнул, получив попадание в свою нижнюю плоскость. Линейный крейсер вздрогнул, когда сразу три луча пробили его защитные экраны и вырвали кусок брони из нижней части корпуса, но продолжал неутомимо лететь вперёд.

Системы наведения выпущенных космическими крепостями Нового Руана ракет уже больше двух часов находились в постоянной связке с кораблями Грегори Пайка. Телеметрия и данные с их сенсоров постоянно передавались по шифрованному каналу на управляющие блоки, что отсчитывали время до включения двигателей.

Весь план был рассчитан таким образом, чтобы в момент пересечения курса Рейнских дредноутов, залп «Монженанов» оказался у них на траверзе по правому борт и чуть ниже относительно траектории их движения.

Возможно, рейнцы смогли бы вовремя заметить угрозу, если бы они целенаправленно направили свои радары в эту часть космоса и начали прочёсывать её.

Но такой задачи перед ними просто не стояло. Они слишком положились на сведения, получаемые с помощью датчиков Черенкова, а созданные с применением технологии малой заметности корпуса ракет уверенно рассеивали и перенаправляли попадавшее на них радиолокационное излучение.