И, когда таймеры отсчитали последние секунды, а корабли вышли на дистанцию поражения, космос запылал. Кто-то из писателей скажет, что в этот момент в пустоте открылись врата, ведущий в самый настоящий ад.

И адское пламя хлынуло наружу.

Верденские крейсера и рейнские дредноуты открыли огонь практически одновременно. С разницей в несколько сотых секунды. Колонны обычных и гамма лазеров протянулись между двумя воюющими сторонами.

Рейнский дредноут «Разоритель» успел сделать всего лишь один залп из всех своих орудий левого борта, уничтожив верденский линейный крейсер «Гавейн». Огонь его орудийных установок вспорол щиты и броню крейсера с такой лёгкостью, словно той и вовсе не существовало, превратив правый борт верденского корабля в обугленные обломки. Залп другого дредноута пробил двигатели и кормовой реакторный отсек «Гавейна». Прошла всего лишь одна целая и две десятых секунды, а линейный крейсер длинной чуть более семисот метров взорвался, унеся с собою в пламени жизни двух с половиной тысяч человек своего экипажа.

Оба уцелевших верденских линкора, «Минотавр» и «Виктория», одновременно ударили по одной и той же цели. Носовые щиты рейнского «Претора», первого корабля, чьё имя дало название всему типу новых дредноутов, смогли удерживать этот страшный удар лишь в течении одной единственной секунды. Генераторы защитных полей перегрузились, и его защита схлопнулась. Второй залп верденских линкоров пробил броню, испаряя перед собой всё, что только попадалось на пути этого всепожирающего огня. Отсеки, переборки, каюты, люди, оборудование. Всё это исчезло с такой стремительностью, что это просто не поддавалось описанию. «Претор» взорвался, когда один из четырёх его реакторов не выдержал перегрузки и удерживаемая внутри него плазма вырвалась на волю.

Но перед своей гибелью он успел сделать выстрел из всех орудий левого и правого борта, испарив два верденских тяжёлых крейсера и тяжело повредив линейный крейсер «Розмария Деллс».

Практически в тот же момент, как «Розмария» умирала в конвульсиях под огнём орудий «Претора», флагман шестой эскадры «Фон дер Танн» обрушил всю мощь своего бортового залпа на уцелевшие верднеские линкоры, оставив после себя разорванный на две части «Минотавр» и облако термоядерной плазмы в той точке пространства, где ещё мгновение назад была «Виктория».

И всё же, оба верденских линейных корабля успели уничтожить ещё два рейнский линейный крейсера, которые прикрывали флагман соединения.

«Анцио», «Непреклонный», «Ахиллес» и «Триумф» вчетвером порвали на части раненного в предыдущей ракетной атаке дредноут «Дэвион». Следующий их залп распорол щиты, броню и корпус идущего в кильватере за ним «Гарганта», превратив огромный корабль в едва функционирующего калеку.

А уже буквально через полторы секунды «Триумф» взорвался, попав под беглый огонь лазерных и гразерных орудий «Зейдлица». Флагман Седьмой эскадры под командованием Эриха Сигарда больше напоминал бешеного зверя. Чудовище массой более миллиона тонн летело в космическом пространстве непрерывно ведя огонь из всех своих орудий и ракетных пусковых. На такой близкой дистанции время подлёта ракет исчислялась секундами. Ещё через секунду яростный огонь флагмана Сигарда распорол на части «Ахиллеса».

И если тяжёлые корабли ещё хоть как-то могли рассчитывать на то, чтобы пережить эту бойню, то кораблям эскорта было практически не на что надеяться. Всё, на что они могли рассчитывать — лишь слепая удача. Что кораблям и их экипажам лишь чуть-чуть повезёт, и сражающиеся вокруг них монстры не обратят на них своё смертоносное внимание.

Потому что каждый раз, когда подобное происходило, их гибель была моментальной.