|
Откуда, черт подери, Пламмер узнал, что он сегодня прибыл в Амстердам? И эта записка, кое-что, чего не было во вчерашней статье, закодированное наименование «Воскрешение Два»? Ренделл гордился собственным хладнокровием, но сейчас он испытал состояние панического страха. Все его инстинкты самосохранения вопили, что надо немедленно позвонить Уилеру. Но тот еще не прибыл в штаб-квартиру. Затем инстинкт подсказал Ренделлу усомниться в безопасности и изолированности его апартаментов. И в то же время он знал, что вечно укрываться в них не будет. Потом он начал успокаиваться. Раз там был враг, значит, следует встретиться с ним во всеоружии. Если появится возможность, следует ею воспользоваться. Предупрежденный — наполовину победивший. Опять же, было весьма любопытно увидать и узнать врага в лицо. Он поспешил к Дарлене. — Милая, тут такое дело, что мне нужно на минутку заскочить в бар, кое с кем встретиться. По делу. А ты поднимайся, распаковывай вещи. Я мигом. Она начала было протестовать, затем, улыбнувшись, подчинилась и, сопровождаемая носильщиками со всеми чемоданами, направилась к лифту. Ренделл же возвратился к стойке администратора. — Где у вас тут бар? — спросил он. Администратор направил его влево через фойе, прибавив: — Этот джентльмен носит бутоньерку. Ренделл направился в сторону бара и вошел вовнутрь. Это было просторное помещение со стеной из стекла. За ней был виден расположенный внизу ресторан на открытом воздухе, где несколько пар на солнышке доедали свой поздний завтрак. Прямо перед собой, глядя сквозь ту же стеклянную стенку, Ренделл мог видеть часть канала, по которому медленно проплывала баржа. Стойка бара находилась прямо возле входа. Верхнюю ее часть частично прикрывала заросшая виноградом решетка, нижняя часть была покрыта декоративной плетенкой, на которой располагались стопки. Ренделл обошел стойку. Бармен, жизнерадостный голландец, протирал стаканы, напевая про себя. Ренделл осмотрел помещение. В этот ранний час здесь было всего два посетителя. Один из них потягивал апельсиновый сок и перелистывал путеводитель Бедеккера. А в дальнем конце, у занавешенного окна, на стуле, обитом голубой тканью, сидел моложавый мужчина в дорогом костюме. В лацкане его пиджака был цветок. Враг! Ренделл направился к нему. Его неприятель был настоящим денди. У Седрика Пламмера были редеющие, матовые волосы, зачесанные таким образом, чтобы прикрыть лысеющую макушку. Над костистым носом располагались маленькие, похожие на бусинки глазки хорька. На щеках у него были ямочки, имелась и небольшая ван-дейковская бородка. Кожа на лице имела устрично-бледный оттенок. На нем был консервативного покроя костюм в тонкую полоску; темно-бордовый галстук украшала булавка с драгоценным камнем. На пальце руки был перстень с громадной бирюзовой печаткой. Совершенно не погож на тертого журналюгу с Флит Стрит, подумалось Ренделлу. Уловив взгляд Ренделла, собственный корреспондент «Курьера» отложил газету, которую читал перед тем, и поднялся навстречу. — Для меня большая честь, мистер Ренделл, — произнес он писклявым голосом и механически улыбнулся, обнажив торчащие зубы. — Присаживайтесь, будьте добры. Могу я предложить вам что-нибудь выпить? Сам я чертовски нуждаюсь в хорошей порции «Кровавой Мэри», а что хотите вы? — Нет, спасибо, — отрезал Ренделл. Он присел на ближайший стул, а Пламмер устроился напротив. — У меня буквально минутка, — сообщил Ренделл. — Я только-только прибыл. — Знаю. Но то, что я собираюсь обсудить с вами, займет гораздо больше минуты, уж поверьте. |
