— Артур…

Я поднял руку, заставив отца Гона осечься, потому что вовсе не собирался просить его о заступничестве. Я знаю, что сделал. И вполне представлял себе последствия. Но, как и раньше, предпочитал решать свои проблемы сам, поэтому оставил брата с отцом Гоном наедине, решительно подошел к мрачно взирающему на меня из темной ниши Фолу и коротко ему поклонился.

Слов в свое оправдания я, пока сюда шел, так и не придумал, однако, как оказалось, они были не нужны. Потому что как только я прикрыл глаза, ожидая гнева божьего, мне в затылок дохнул прохладный ветерок, а знакомый голос ласково произнес:

— Я рада, что ты вернулся, жрец мой. Хотя недавно мне казалось, что этого может и не произойти.

Я склонил голову еще ниже.

— Прости, прекраснейшая. Тьма — это владения Фола. Но если бы они были твоими, я бы отказался даже от тебя.

— Почему, Артур Рэйш? — тихо спросила Смерть.

— Потому что тварь, способная проигнорировать силу самого владыки ночи, должна быть уничтожена. И я ни за что не позволил бы ей уйти, зная, что рано или поздно она появится здесь.

Мои волосы мягко погладили прохладные женские пальцы.

— Это правильный ответ, мой жрец. Фол не сердится на твой проступок.

— Почему же он не скажет этого сам?

— Сегодня, как бы странно это ни звучало, его благословение сделало тебя уязвимым. Сегодня ты мог погибнуть. Но благословение нельзя просто так дать и потом отозвать. Каждое наше действие оставляет след в ткани мироздания. Поэтому будет лучше, если какое-то время Фол будет обходить тебя своим вниманием. А до тех пор, пока оно не вернется, ты не сможешь его услышать.

Почувствовав, как за спиной снова потеплело, я выпрямился и кинул еще один внимательный взгляд на постамент. Однако Фол, как и сказала Ферза, отказался со мной общаться. И точно так же его алтарь продолжал оставаться безучастной ко всему каменюкой.

Что ж, похоже, о невидимости придется на время забыть. Да и на нижние слои пока не стоит спускаться. С другой стороны, когда-то мне хватало и своей собственной Тьмы, так что я в любом случае не пропаду. Что же касается Фола…

Подумав, я все-таки поклонился владыке ночи еще раз.

Все верно: привыкнув полагаться на его дары, я едва не забыл, чего стою сам, поэтому чуть не проиграл последний поединок. Кем бы ни была та тварь, сила Фола не поможет ее убить. Скорее, наоборот, сделает меня легкой добычей. А каждый раз при встрече с подобным монстром демонстративно отказываться от его покровительства и потом снова его просить, это как-то… мелко, что ли? Недостойно темного мага. И раз уж Фол, все видя и понимая, сам от меня отказался, значит, уверен, что я и без его помощи прекрасно справлюсь. Это значит, что он по-прежнему верит мне. По-своему помогает. И вот за это я был ему благодарен.

— Ты становишься мудрым, брат мой, — задумчиво проговорил отец Гон, когда я вернулся. — Но ты прав: создателя твари надо найти.

— Вы можете подсказать, в каком направлении двигаться? — встряхнулся я. — Где хоть искать? Среди людей или нежити? Демонов или, может, каких-то иных сущностей?

— Фол пока думает, — замедленно отозвался жрец. — Боги тоже сталкиваются с подобным впервые.

— Но ведь они боги, — возразил Мэл. — Разве в этом мире им неподвластно все до последней песчинки?

Отец Гон остро на него глянул.