Тайзэрвэт села рядом с ней. Бросила на нее быстрый, любопытный взгляд. Расслабленная — или по крайней мере спокойная, поглощенная, решила я, мыслями о том, что хочет довести до конца сегодня. Испытывавшая облегчение оттого, что я ничего не сказала ей — до сих пор — об инициативе, которую она проявила, как только я отправилась вниз. Пять принесла нам завтрак — рыбу и кусочки дреджфрута — разумеется, на сине-фиолетовом «Брактвере», по которому Пять скучала, которым по-прежнему наслаждалась.

Впрочем, Пять испытывала опасения — она узнала прошлой ночью о комнатах, которые заняла Тайзэрвэт дальше по коридору. Ни один человек из тех, чьи данные я могла получать, не заглядывал этим утром, но я уверена, что там уже будет полдюжины обитателей Подсадья, сидящих на импровизированных стульях, ожидающих возможности поговорить с лейтенантом Тайзэрвэт. Их будет еще больше с течением времени. Жалобы на ремонтные работы и строительство, которые уже идут вовсю, просьбы поскорее обратить внимание на другие зоны или, наоборот, заняться ими позже, чем предусматривал график.

Пять налила чай — не «Дочь рыб», я заметила, — и Тайзэрвэт бодро приступила к завтраку. Сестра Кветер к нему не притронулась и только смотрела на свои колени. Нормально ли она себя чувствует, подумала я, но, если дело в тоске по дому, то, если попросить ее высказаться о своих ощущениях, может стать только хуже.

— Если ты предпочла бы кашицу, Юран, — все еще на дельсиге, — Пять ее тебе принесет. — Тут мне пришла в голову другая мысль. — Никто не запрашивает с тебя денег за твою еду, дитя. — Есть реакция: чуть-чуть приподняла голову. — То, что тебе здесь подают, — это твой рацион. Если ты захочешь больше, можешь съесть больше, это не подлежит дополнительной оплате. — В свои шестнадцать она, несомненно, голодна почти все время.

Она подняла взгляд, едва приподняв голову. Бросила взгляд на Тайзэрвэт, которая уплела уже три четверти своей рыбы. Неуверенно начала с фруктов.

Я перешла на радчааи, на котором, как я знала, она говорит:

— Потребуется несколько дней, чтобы найти подходящих преподавателей, гражданин. До той поры вы можете проводить время, как пожелаете. Вы умеете читать предупреждающие знаки? — Жизнь на базе очень, очень сильно отличалась от жизни на планете. — И вы знаете обозначения секционных дверей?

— Да, гражданин. — На самом деле она не очень хорошо читала на радчааи, но предупреждающие знаки намеренно были яркими и характерными, и я знала, что Пять и Восемь прошлись по ним с ней по пути сюда.

— Если вы отнесетесь к предупреждающим знакам очень серьезно, гражданин, и всегда будете слушать базу, если она заговорит с вами через ваш наладонник, то можете ходить по базе, где захотите. Вы думали о тестах на способности?

Она только что положила в рот рыбу. Сейчас Тайзэрвэт замерла в тревоге, а затем, чтобы заговорить, проглотила ее почти неразжеванной.

— Я в распоряжении гражданина, — сказала она еле слышно. Вздрогнула — то ли от того, что сама услышала, что сказала, то ли от куска рыбы, который проглотила почти целиком.

— Я не об этом спросила, — сказала я. — Я не собираюсь требовать, чтобы вы делали что-нибудь, чего не желаете. Вам по-прежнему будет выдавать рацион, если вы потребуете освобождения от тестов, вы просто не сможете получить никаких гражданских или военных назначений. — Юран моргнула от удивления, чуть не подняла голову, чтобы посмотреть на меня, но тут же застыла. — Да, это правило введено недавно, специально для вальскаайцев, и вдали от Вальскаая им мало пользуются. — Об этом мог просить любой из полевых работников-вальскаайцев, но это ничего не изменило бы.