– Вы позволили ей прочитать газету!

– Я не могу лично отвечать…

– Я дал вам ясные инструкции!

– Если бы джентльмены не впутывались в грязные истории…

Чарлзворт оставил их препираться, вышел из комнаты и тихо поднялся наверх. Дежурной медсестре он сказал:

– Миссис Порт меня ожидает.

И поскольку это было правдой, его провели в комнату, где в кресле у окна сидела женщина. Яркие цвета обстановки, казалось, вытянули из миссис Порт все те немногие краски, которые были ей свойственны. Но она мило улыбнулась гостю.

– Доброе утро. Кто вы?

– Меня зовут Чарлзворт. А кто вы?

– Я миссис Порт, – ответила она. – Разве вы не ко мне пришли? Врачи иногда так странно себя ведут.

– Нет, – сказал он. – И я не врач. Но раз уж я зашел, не позволите ли мне остаться и выкурить здесь сигарету? – Чарлзворт сел на подоконник, скрестил длинные ноги и улыбнулся. – Какая тесная комната… Должно быть, хотите поскорее поправиться, чтобы отсюда уйти?

Она ответила ему удивленным взглядом.

– Здесь безопаснее.

Чарлзворт имел дело с психически нездоровой женщиной и боялся сказать что-нибудь лишнее, что могло бы на нее неблагоприятно повлиять. Он от всего сердца пожалел, что явился один и приступил к этому разговору без разрешения.

– Мир сейчас довольно безопасен, плохие времена закончились.

Хотел бы он быть в этом уверен.

– Думаете, мне можно туда выйти?

– Ну, полагаю, да. Разве вы не хотели бы встретиться с друзьями? Здесь вам, наверное, одиноко.

– Я забыла всех своих друзей, – просто сказала миссис Порт. – Я так много всего забыла. Знаете, я ничего не могу вспомнить позже своей юности. Помню свадьбу, обрывочно помню путешествие… Понимаете, муж увез меня из дома… Говорят, мы поехали в Малайю, но я ничего из этого не помню. Я помню путешествие – не много, некоторые фрагменты. И помню, как снова очутилась на корабле, возвращаясь домой. Вот меня и держат здесь, пытаются помочь мне заполнить промежуток между этими воспоминаниями.

– Не понимаю, зачем, – сказал Чарлзворт, выпалив единственное, что пришло ему в голову. – Вероятно, между этими путешествиями произошли какието плохие события, вот вы про них и забыли. Зачем вспоминать? Я на вашем месте просто радовался бы настоящему и будущему, поправил, насколько смог бы, здоровье и начал все заново…

(«Я прямо как психотерапевт, – похвалил он себя. – Я, наверное, мог бы творить чудеса».)

Миссис Порт печально глядела на него; он с тревогой заметил, что ее пальцы беспокойно то складывали, то разглаживали складку на халате.

– Вы видели утренние газеты? – спросила она.

Он осторожно постучал сигаретой о пепельницу на столике, стряхивая пепел.

– Да, видел. Пишут, что убита женщина по имени Изабель Дрю. Кажется, ваш муж немного ее знал. Я тоже.

– Насколько хорошо мой муж ее знал?

Он подумал, что вопрос дался ей нелегко. В ее манере сквозили затаенный страх и достоинство, а пальцы замельтешили быстрее, не прерывая своего бессмысленного занятия.

– Думаю, не очень хорошо, – сказал Чарлзворт небрежно. – Журналисты любят раздувать подобные события, они ищут все, что может сойти за «сенсацию», а Изабель для этого была подходящей личностью. Она не стеснялась беспокоить людей с просьбами о работе для себя и друзей, и мистер Порт был к ней так же добр, как и к остальным. Насколько я понял, он имел финансовые интересы в выставке и поэтому использовал свое влияние, чтобы ей помочь.