— Да, придержи нашего знакомого, — попросил я товарища, — Я тебе после всё объясню.

— Не вопрос, — кивнул он и вышел за дверь, — Э, уважаемый… — раздался снаружи его голос.

— Я же сказала, что согласна, — дождавшись момента, когда мы остались наедине, повторила Лема, — Ведь ты же всегда будешь считать меня дочерью, правильно?

— Скорее всего, да, — пожал я плечами, — Просто ты должна понимать то, на что хочешь пойти, не принимать решение на эмоциях, а взвесить его и просчитать последствия.

— Я понимаю, — абсолютно серьёзно сказала она, — И, пожалуй, даже лучше, чем ты.

— Может быть, просто убьём его, возьмём то малое, что сможем из него вытянуть и всё? — подсказал я другой выход, — Нам хватит для начала, а впоследствии то, что мы задумали, принесёт в десятки раз больше.

— Ты уверен, что мы можем так поступить? — всё же задумалась девчонка, растратив свою былую уверенность.

— У меня осталось немного денег, — ответил я, — Не тащить же их с собой на войну. Тихий, скорее всего, тоже имеет сбережения, насколько знаю и у тебя есть кубышка. Очистим его счета и будем иметь гораздо больше, чем есть у нас всех, вместе взятых.

— Тогда почему ты его слушал всё это время? Зачем соглашался? — Лема осторожно натянула свою хищную улыбку, но затем вновь стала сразу серьёзной. — Нет, он прав. Его связи нам сильно помогут.

— Согласен, — кивнул я, — но мы прекрасно можем обойтись и без них. Я хочу, чтобы ты как следует подумала. Мы можем сделать всё быстро, за три-пять лет, или потратим лет пять на подготовку, прежде чем только начинать действовать.

— А что ты сам думаешь по этому поводу? — оторвала глаза от пола девчонка и посмотрела на меня.

— Мне подходят оба варианта, — пожал я плечами.

— Ты сейчас просто спихиваешь на меня всю ответственность, — словно взрослая женщина произнесла Лема.

— Да, так и есть, — кивнул я, — Тебе нужно уметь принимать взвешенные решения. Таких, как он в жизни встречается много.

— При чём здесь он? — окончательно запуталась девчонка.

— Притом, Лема, что этот человек едва не уговорил тебя, принять участие в его игре, по его правилам, — сказал я. — Он политик, такие люди должны уметь говорить красивые и правильные вещи. Запомни: никогда никому не верь и особенно своим эмоциям.

— Но как так можно жить?! — возмутилась она. — Я хотя бы могу верить тебе, Тихому?

— Это другое, — покачал я головой, — мы проверены трудностями и кровью. Да и Тихий, совсем другой человек, по нему видно, когда он что-то задумал. У тебя есть инстинкты, твои первичные ощущения, то, что многие называют "внутреннее чутьё". Только этому ты должна доверять, все остальные решения должны взвешиваться.

— Я поняла, — кивнула Лема, — Но ведь соблазн велик.

— Верно, — согласился я, — вот только если есть возможность ни от кого не зависеть, надо её использовать. Можешь что-то сделать и при этом не полагаться на других — делай. И не забывай просчитывать последствия наперёд, притом рассматривать нужно, только наихудший вариант событий. Как с теми же кошельками.

— Прости, — снова опустила глаза в пол девчонка, — Мне казалось, что в этом нет ничего страшного, просто игра и нам хорошо.

— Безликий, я не понимаю, что происходит? — в хижину распахнулась дверь и к нам вошёл злой Мортис, — Скажи своему псу, чтобы выпустил меня отсюда.