— Что делаем дальше? — спросила она и потянулась словно кошка.

— Ждать, — спокойно ответил я и плюхнулся рядом, — Заберём мой протез и свалим подальше отсюда.

— Может, попробуем убить Дмитрия или Лию? — совершенно серьёзно спросила девчонка.

— Ты начинаешь меня волновать своей тягой к убийствам, — решил я прочитать девочке нотацию, потому как её кровожадность действительно казалась мне нездоровой, — Нельзя вот так резать людей налево и направо.

— Я и не режу, — пожала плечами та.

— А Мортис? — посмотрел я ей в глаза.

— Так ты сам собирался это сделать, — нашла она оправдание. — Я думала, тебе будет приятно, если я сама убью его.

— Лема, мне неприятно, что ты ведёшь себя, как маньячка, — сказал я. — Это неправильно.

— Так ведь ты сам меня всему научил, — она никак не хотела понимать то, о чём я ей говорил. — Для чего тогда ты всё это делал?

— Для начала я хотел сделать так, чтобы ты могла себя защитить, — пустился я в объяснения. — Затем вышло так, что это стало для тебя профессией, но в последнее время ты ведёшь себя, как будто наслаждаешься смертью.

— Это не так, — покачала головой та, — я просто хочу, чтобы ты обратил на меня внимание.

— Оно и так полностью принадлежит тебе, — ответил я.

— Совсем не так, — вздохнула Лема.

— Мы уже миллион раз говорили на эту тему, — тяжело вздохнул я, — ну что за навязчивая идея в твоей голове?

— Ну что мне с собой сделать?! — вдруг разозлилась она. — Я не могу этим управлять. Да, мне двенадцать и ты смотришь на меня как на ребёнка, но я уже не маленькая. Я перестала ей быть ещё там, в нищем квартале, когда осталась одна и пряталась здесь, словно крыса. Ты думаешь, я не понимаю, что чувствую?! Думаешь, я могу спутать любовь к отцу или брату с любовью к мужчине?!

— Я не это хотел сказать, — странно, но девочка сейчас заставила меня почувствовать стыд.

— Ты именно это всегда и говоришь, — уже спокойно продолжила она, — а я, каждый раз, как тебя вижу, или случайно касаюсь…

— Ну, допустим, случайно ты ко мне не прикасаешься, — усмехнулся я, перебив Лему.

— Потерпишь, — фыркнула девчонка, — вот только каждый раз у меня становится горячо здесь, — она дотронулась рукой низа живота, показывая, где именно, — И я знаю, что это означает, такое к отцу, брату, или кем ты там себя считаешь — не чувствуют.

— Извини, я не знал, — пожал я плечами, — но через себя я тоже перешагнуть не могу.

— Я знаю, — тихо ответила она, — потому и не настаиваю. — Лема выдержала паузу и добавила, — Пока не настаиваю. Какие-то дебильные принципы были в вашем мире.

— Ну, уж какие есть, — усмехнулся я и завалился на тряпки, закинув руки за голову.

Лема тут же улеглась рядом и положила голову мне на грудь.

— Заткнись, — тихо произнесла она, едва я открыл рот, — давай просто полежим так.

* * *

Протез мы забрали ночью. Город спал и его улицы были пустыми. Выбрались мы из него так же незаметно, как и вошли. Теперь нужно было каким-то образом попасть на поезд и сделать это как можно менее заметно. Но нам, как всегда, повезло.