— Ну что, пошли дальше? — благодушно улыбнулся он.

— Да, пожалуй, — кивком выразил согласие я.

Вообще, он сильно изменился с момента нашего знакомства в прошлом. Стал более мягким, что ли? Возможно, это лишь напускное, а под маской всё так же скрывается жёсткий, беспринципный управленец. Скорее всего, так и есть, иначе я бы не увидел здесь настолько идеальный порядок.

— Как ты понимаешь, у нас не всегда был доступ к материалу, — между тем продолжил он. — Изначально, на первых этапах проекта нам пришлось проталкивать различные законопроекты, которые позволили легализовать аборты. Ну а необходимый материал забирался во время проведения операций. Но наука не стояла на месте, и с первыми генетическими открытиями мы создали собственную ферму, а абортарии перепрофилировали в центры планирования семьи.

Мы замерли у следующей переборки, которая открылась уже без лишних предисловий. За ней раскинулась лаборатория, где так же работали люди в белых одеждах. Только здесь они сидели за столами и производили манипуляции в чашках «Петри». Наблюдать за непонятными процессами смысла нет, потому мы почти сразу двинулись дальше.

— Следующая лаборатория занимается клеточным программированием, но особого отличия от этой, ты не заметишь. Так что не вижу смысла заглядывать и в неё, хотя если есть желание…

— Нет, думаю, ещё успею, — согласился с заместителем Главы я. — Но почему инъекция серебристого цвета?

— Я точно не знаю всех нюансов, но это связано с хранением сыворотки. Каждая клетка находится в отдельной оболочке, как в консервной банке, или икринке, а при попадании в кровь эта оболочка растворяется. Если хочешь, я отведу тебя в отдел разработок, и тебе всё расскажут подробно.

— Нет, меня устраивает минимальное объяснение. Я не учёный и воспроизводить весь процесс не собираюсь.

— Как пожелаешь, — кивнул тот и продолжил экскурсию. — А вот здесь, именно то, что позволило нам пережить все эти годы.

Он приложил палец к сканеру, и как только створки разошлись в стороны, чуть вдалеке я увидел знакомую пелену. Будто водная гладь, только вертикальная, по ней даже рябь от стороннего звука пробежала.

— Личное убежище госпожи Лии, — объяснил Лидий. — Именно оно и оборудование древних помогли пережить страшный период. А затем вовремя подоспели новые разработки и технологии. Ну а когда мы скрестили эти разработки, случилась эпоха цифровизации со всеми вытекающими последствиями.

— Хочешь сказать, что весь прогресс — это ваших рук дело? — скептически усмехнулся я.

— Нет, что ты, мы ведь не боги, — всё с той же улыбкой ответил тот. — Но ведь ты сам помнишь, на что были способны древние изобретения. Да тот же метод выращивания полупроводников из кремния — всё это ты видел ещё тогда. Передача волны на расстояния по воздуху, ментальная связь в иной атмосфере, или в любой другой, более плотной среде. Всё это ты уже проходил и ощущал на себе. Мы лишь сдерживали ненужные ответвления науки, направляли знания в правильное русло, ну и дозированно подкидывали информацию в правильные руки.

— Там ещё остался медицинский модуль, так? — кивнул я в сторону убежища.

— Верно, — охотно ответил Лирий.

— По-видимому, Кетта и её сторонники выжили аналогичным образом?

— И снова в точку, — опять натянул улыбку он. — Мы долгое время боролись, пока не поняли, что стоит объединить усилия ради выживания. Увы, те времена прошли…

— И вам вдруг снова понадобились услуги Безликого, — ухмыльнулся я.

— Не всё так однозначно.